— Зови меня просто грифон.

Я пожала плечами. Грифон так грифон.

— С какой стати вы меня украли? — Задала я главный вопрос. — Зачем я вам?

— Мне нужна не ты, а он, — последнее слово грифон выделил голосом и скривился. Сразу стало ясно, как он относится к Киру.

— Думаете, Кир придет за мной? — усомнилась я.

— Конечно, — грифон наклонился и взял меня за запястье. Он развернул мою руку так, чтобы стала видна метка. — Он найдет тебя по ней. Это вопрос времени.

— И что потом? Что вы сделаете?

— Убью тебя у него на глазах, — спокойно ответил Грифон. — Чтобы он жил и мучался, как я без своей любви.

Я выдернула руку из его хватки. Стало дико неприятно, что он меня касается. Я все понимаю, у грифона травма после потери близкого существа… Но убийство еще никого не излечило.

— Он убил мою любимую, — пояснил свою позицию Грифон, наотрез отказываясь называть Кира по имени. — Я убью его. Все по справедливости.

— И будете вы оба жить дальше и страдать, — проворчала я. — Кому от этого станет легче?

— Мне, — честно ответил грифон.

— В этом была суть вашего проклятия? Вы ждали, когда Кир влюбится. По-настоящему. А дождавшись, завершите свою месть. Но только вы ошибаетесь, — горько усмехнулась я. — Кир меня не любит. Он думает, что любит, но это лишь результат Дара единорога. Искусственно вызванное чувство. Понимаете? Может, какая-то симпатия у Кира ко мне есть, может, я ему даже нравлюсь, но это пройдет без воздействия Дара.

Я говорила и невольно всхлипывала. Сама я предпочту, чтобы Кир меня любил по-настоящему. Пусть это даже грозит мне смертью. Вот такая я дура. Влюбленная. А это самый опасный вид глупости.

— Ты ошибаешься, — качнул головой грифон. — Единорог не мог на него повлиять.

Я нахмурилась. Ничего уже не понимаю. Повернулась к Карлу, но с конем особо не поговоришь. Хотя его понурый вид — рог опущен к земле — настораживал. Что еще Карл от меня скрыл?

— Забирай свой аманит, — грифон снял кулон с шеи. — Мне противен человеческий облик.

Он бросил кулон к копытам Карла. Тот вмиг подхватил его рогом и снова стал привычным для меня толстячком. А вот грифон опять был жутким когтистым монстром. Даже не знаю, что хуже, потерять общение с Карлом или иметь под боком чудовище.

Вернув человеческий облик, Карл снова мог говорить, и я накинулась на него с расспросами.

— Что грифон имел в виду? Ты не воздействовал на Кира своим Даром? Почему? Что вообще происходит? — Взмахнула я руками.

Карл потоптался на одном месте, помялся, а потом сознался:

— Я не могу применять магию к другим существам и людям. Менять облик — сколько угодно, а вот влиять на чьи-то чувства и Дары — никак.

— Ты и свой Дар проиграл в карты?

— Не говори ерунды, это невозможно, — отмахнулся Карл.