Она обязана сделать так, чтобы он не пытался ее искать! Вообще никогда!

И надо сделать это очень убедительно, чтобы Крайнов ни о чем не догадался. Сейчас важнее всего не ее побег и не то, что она может попасться, даже ее жизнь сейчас не важна — главное, защитить и обезопасить Колю! Только это!

Чтобы никакая мразь не могла до него добраться и чтобы не оставить им ни единой лазейки! И даже если, не приведи Господь, они все‑таки каким‑то образом про него узнают, он с чистой душой сможет послать их вместе с Кирой и ее делами куда подальше! Она не даст ни одной возможности навредить Николаю Крайнову!!

Кира знала, что означает такое решение: ей потребуется сделать нечто такое гадкое, предательское, после чего Крайнов не захотел бы даже слышать ее имя!

И она потеряет его навсегда!!

Но пусть он думает, что она гадина, сволочь, предательница, расчетливая дрянь, но только пусть остается в безопасности!

Это ее ошибка! Нельзя было, она права не имела связывать с кем‑то свою жизнь!

Вот она за нее и заплатит! По самой высокой цене!

Кира смотрела на белый экран, на мигающий нетерпеливо курсор и чувствовала, как сворачиваются жгутом все внутренности, отказывающиеся принимать такое решение, а сердце превращается в сжатый болью кулак.

Это надо сделать! И она начал писать…

Крайнов устал от этой поездки. Но усталость была приятной, той, которая наступает после хорошо исполненного дела. Он остался более чем доволен новыми контрактами, а уж договор с Астаной так вообще грел приличной суммой и интересными новыми возможностями.

Выходя из зоны прилета, Николай все же поискал глазами Киру — ну а вдруг она смогла приехать! Он соскучился как‑то совсем до тоски и многое понял вдали от нее, осознал, насколько сильное, глубокое и по‑настоящему истинное чувство испытывает к Кире.

Эта женщина его половина, его счастье и наполненность жизни.

Ничего подобного Крайнов никогда не испытывал ни к одной женщине, наверное, ждал свою — Киру Белую.

Киры не было, и он расстроился, хоть и уговаривал себя весь полет: ну ладно, всякое случается, помогать людям надо, да и Кира, наверное, не смогла бы отказать, но напрягся и загрузился, не увидев ее.

Ладно, в субботу заберет ее и два дня от себя отпускать не будет!

Посидели вечером с Аглаей и Глебом. Пили чай, он рассказывал о поездке, об Астане, ее потрясающей архитектуре, о новых контрактах. Проводил их и полночи крутился, не мог заснуть и все что‑то странное чувствовал, словно беду или неприятности какие, и тосковал о Кире. Заснул тревожным сном, и снилась ему такая ерунда тяжелая!

Встав утром с непонятным тревожащим ощущением, Крайнов отправился разгребать снег, которого порядочно навалило за ночь, и кормить Горация.