А ведь и правда, она собирается провоцировать четверых полузверей-полумужчин, которым периодически инстинкты затмевают разум. От этой мысли все тело бросило в жар, защекотало в набухших сосках и сладко засосало между ног. Они впервые остались впятером в комфортном месте, где не впиваются в бока колючие ветки, не обжигает кожу мучительный холод, не сводит пустой желудок, не качается за бортом зыбкая поверхность реки.

Да и она уже не та наивная напуганная девочка, которую два месяца назад похитили из деревни кровожадные демоны. Вздрагивая от возбуждения и пробегающего мурашками по спине предвкушения, Динка открыла дверь парной и шагнула внутрь.

Мужчины застыли, скользя по ее телу голодными взглядами. В бане один угол занимала большая пышущая жаром печь, а в противоположном углу располагались трехярусные полоки из светлых блестящих гладко-оструганных деревянных досок.

Шторос валялся на самом верху. Чуть ниже его на втором ярусе сидели Дайм с Хоегардом. А на самой нижней скамье у ног Дайма устроился Тирсвад. До ее прихода они были повернуты друг к другу и о чем-то разговаривали. По их лоснящимся от жара мускулистым телам стекали капельки пота.

— Зря ты это затеяла, — хрипло проговорил Шторос.

— Я тоже хочу греться в бане, — упрямо мотнула головой Динка. — Или вы думали, что я буду ждать, пока вы тут паритесь?

Тирсвад фыркнул, Хоегард засмеялся, Дайм улыбнулся, а Шторос продолжал пожирать ее диким от вожделения взглядом.

Динка тряхнула распущенной гривой и решительно проскользнула между ними на полок.

— Сейчас мы вчетвером тебя так напарим, что неделю на ногах стоять не сможешь, — не удержался от угрозы Шторос и сел на своей полке, поджав ноги и широко раздвинув бедра. Но Динка мягко откинула голову назад, опустившись затылком как раз на его пах и посмотрев на него снизу вверх. Шторос прерывисто вздохнул и запустил руки в ее волосы, нежно массируя голову, проводя кончиками пальцев по увлажнившимся от жара лбу, векам, щекам, губам. Динка блаженно прикрыла глаза и почувствовала, как еще две пары рук ласкают ее руки, плечи, спину, грудь, живот. А внизу Тирсвад опустил ее ступни в тазик с водой и принялся аккуратно обмывать каждый пальчик, вызывая щекочущее удовольствие."

"Динка тихо стонала, чувствуя рядом их всех одновременно и каждого по-отдельности. Вот рука Штороса скользнула с шеи вниз на грудь и потеребила сосок между большим и указательным пальцем, вырвав из ее горла страстный стон. Вот Дайм склонился к ее шее и невесомо коснулся ее губами, пока его большая ладонь поглаживала Динкин впалый живот. Вот Хоегард накрыл губами ее второй сосок, сжимая округлость груди в ладони, и скользя второй рукой у нее между лопаток.