Дайм крепко, но аккуратно, сжимал ее бедра ладонями, приподнимая и опуская обратно на себя, а Динка шумно вздыхая, когда он, растягивая до предела, наполнял ее, смотрела в его затуманенные страстью медовые глаза и ощущала себя настолько счастливой, что даже сама не могла поверить, что это происходит с ней.

Когда начали возвращаться охотники, Динка с Даймом лежали в обнимку, завернувшись в одно одеяло. Динка отчаянно хотела спать, но ей хотелось дождаться остальных, поэтому она таращилась в костер, размышляя о другом мире, в котором ей скоро предстоит жить.

Хоегард принес на плече двух связанных за лапы тетеревов и насыпанные в полу рубахи десяток крупных боровиков. Тирсвад тащил на плечах целого олененка с остекленевшими глазами. Дайм неохотно покинул Динкины объятия, чтобы помочь им освежевать и разделать дичь.

— Там еще олениха лежит, пойду вырежу самые лакомые кусочки, — самодовольно проговорил Тирсвад, вроде бы обращаясь к Дайму и Хоегарду, но поглядывая на Динку.

— А где Шторос? — Динка приподнялась над лесным ложем из колючих веток вслед за Вожаком."

"— Он ушел в другую сторону, — недовольно буркнул Тирсвад, сбрасывая свою ношу на землю.

— Может пойти поискать его? — Динка нашла свои штаны и рубаху и поспешно оделась.

— Сам придет, — отрезал Дайм.

Но с рассветом Шторос не пришел. Динка не находила себе места в сотый раз обходя стоянку и выглядывая в просветы между деревьями.

Тетеревов запекли целиком, олененка освежевали и его мясо, порезанное на тонкие полоски, коптилось над костром. Пора было уже садится в лодку и плыть дальше.

Шторос явился неожиданно совсем не с той стороны, куда уходил. Он был запыхавшийся и взъерошенный. Глаза возбужденно сверкали.

— Шторос! — Динка бросилась к нему, но он, не обращая на нее внимания, ломанулся прямо сквозь кусты к сидящему у костра Вожаку и с разбегу рухнул на колени.

— Там… Сила! Там сосуд или портал! — выдохнул он. Трое варрэнов в изумлении вскочили на ноги.

Сборы были быстрыми. Большую часть пожитков оставили в припрятанной в камышах лодке — в другом мире это все не понадобится. Взяли с собой только оружие и налегке выдвинулись вслед за Шторосом.

Рыжий бежал рысью, словно взявшая след гончая собака, периодически останавливаясь и втягивая носом воздух. Динка тоже попыталась принюхаться, но никаких особенных запахов в воздухе не ощущала. Пахло сосновой смолой, прелыми листьями, прихваченными ночными заморозками, сухой хвоей. Солнце стояло уже высоко, но совсем не грело. Воздух был холодный, и с каждым выдохом изо рта вырывалось облачко пара. Но холода Динка не чувствовала. Наоборот, разогретое бегом тело покрылось испариной, и влажная рубашка неприятно липла к спине.