Но Динку опять насторожило теперь уже его лицо. Лицо закаленного воина с вечно сдвинутыми бровями и поджатыми в тонкую линию губами разгладилось, приняло спокойное, умиротворенное выражение. Таким Динка его видела лишь иногда. Когда он был занят своим любимым делом, вырезая что-то из дерева, или когда лежал расслабленный после интимной близости. А тут…

— Дайм, — Динка осторожно потянула его за рукав. Но он даже не взглянул на нее. Его взор был невидящим и устремлен куда-то вглубь себя.

— Мы садимся в шлюпку и плывем туда, — проговорил он, ни к кому конкретно не обращаясь, и, высвободив свой рукав из Динкиных рук, зашагал к шлюпкам. Остальные варрэны и матросы потянулись за ним.

— Шторос, — Динка попыталась перехватить рыжего. Но он также, устремив невидящий взгляд перед собой, отодвинул ее в сторону, словно она была неодушевленной преградой. Динка осталась стоять, растерянно глядя ему вслед. Тут впору было упасть на палубу и разрыдаться. Шторос, который всего несколько минут назад обнимал ее и шептал ей на ухо соблазнительные пошлости словно не видел ее. Мимо прошел Тирсвад и даже не попытался прикоснуться к ней, обнять ее и что-то сказать.

Странные песнопения становились все громче и пронзительнее. Теперь они уже не казались прекрасными, от них звенело в ушах, и в висках нарастала тупая ноющая боль."

"— Я приказываю стоять! — рявкнула Динка преграждая путь Хоеграду, последнему проходящему мимо нее варрэну. Но он скользнул по ней равнодушным взглядом и, обойдя, словно мачту, двинулся дальше. Вот тут Динка по-настоящему испугалась. Это был не ее Хоегард. Пустые невидящие глаза, чужое выражение на лице, игнорирование прямого приказа. Она бросилась вперед и заметалась перед мужчинами. Но между варрэнами и матросами вдруг возникло подозрительное единогласие. Они все хотели сойти на берег и уже спустили первую шлюпку. На жалкие попытки Динки остановить их никто не обращал внимания. Да и что может сделать маленькая худенькая девушка против двух десятков крупных, закаленных морем и сражениями, мужчин.

— Дайм! Пожалуйста! — пыталась воззвать к разуму Вожака Динка. — Там опасно! Прикажи всем остановиться! Я приказываю тебе остаться на корабле!

Бесполезно… Дайм отмахнулся от нее, будто от назойливой мухи, помогая раскручивать канат и спускать на воду вторую шлюпку. А ведь сам говорил когда-то, что мужчина, выбранный Варрэн-Лин, подчинится ее прямому приказу. Что она опять делает не так? Динка почти никогда не отдавала варрэнам прямых приказов. Но именно сейчас она пыталась снова и снова. Она всем своим существом ощущала опасность, исходящую от пронзительного пения, от которого мутилось в голове и по телу проходила физически ощутимая дрожь.

— Шторос! Ты не можешь уйти без меня! Ты погибнешь.