Динка поняла, что не чувствует своих ладоней, а когда поднесла их к лицу в ужасе закричала. Кожа и мясо с них было содрано почти до костей.

— Динка-Динка, тише! — Хоегард поймал обе ее руки в свои ладони. — Они скоро заживут. Направь в них немного силы.

Динка попыталась выполнить его совет, но в голове мутилось и сконцентрироваться никак не удавалось.

— Ладно, этим мы займемся потом, — сказал Шторос. — Сейчас надо найти Дайма.

И все сразу вскочили на ноги. Динка огляделась. Галера была огромная, с тремя мачтами и палубой размером с целую деревню. На галере была суматоха, по палубе бегали люди, но понять, что там происходит из их укрытия не представлялось возможным.

Может быть команда заметила, что на борт проникли чужаки и теперь все разыскивали их, а может быть причина суеты была в другом. За бортом невдалеке маячила «Алая стрела», не приближаясь, но и не имея возможности скрыться из-за продолжающегося шторма.

Четверо налетчиков крались вдоль стены кубрика, прячась в тени от ярких вспышек молнии. Надо было найти вход в трюм, а потом… Динка даже не представляла, что они будут делать потом.

И закрадывалось такое подозрение, что Шторос тоже предпочитал об этом не думать. Захватить огромную галеру? Тут только команды не меньше сотни, наверное. Вернуться на яхту к лживому ублюдку Джо?

В дверном проеме кубрика показался матрос, в руках которого был фонарь, раскачивающийся от ветра и отбрасывающий неровное пятно света на палубу. Варрэны отпрянули и затаились, прижавшись к стене. Матрос осмотрелся и зашагал в их сторону, широко расставляя ноги. На палубе галеры качка была не такая сильная, как на яхте, но все равно требовались усилия, чтобы удержаться на ногах.

Когда матрос поравнялся с ними, Шторос, словно тень, отделился от стены и приставил к его горлу кинжал. Матрос сдавленно вскрикнул и выронил фонарь. Динка, шедшая вслед за Шторосом, подхватила фонарь и потушила его.

— Веди себя тихо, и мы тебя не тронем, — прошептал Шторос страшным голосом ему на ухо. — Где здесь вход к гребцам. Показывай.

Матрос сжал зубы, но кивнул головой. Трудно быть несговорчивым, когда холодная сталь царапает горло. Он медленно поднял руку и указал направление.

Варрэны, крадучись, двинулись за ним.

Но когда они обогнули угол кубрика, сквозь завывание штормового ветра и плеск волн до них донесся звон железа и шум драки. Но палубе что-то происходило, но в мечущемся свете фонаря на мачте, выхватывающем из темноты лишь отдельные фрагменты событий, трудно было догадаться о том, что там творится.

— Пошел! Вперед! — грубо поторопил Шторос замешкавшегося матроса и подтолкнул его в спину. Они отделились от стены кубрика и шагнули на открытую палубу.