Она приготовилась к встрече с любимым — распустила волосы и надела белую сорочку, приготовленную к ее первой брачной ночи. Она решила, что важнее надеть ее именно сейчас. Глубокий вырез открывал грудь, тонкая ткань была почти прозрачной. Таня осталась очень довольна своим отражением в зеркале. Неудивительно, что Штефан застыл на месте.

— Кстати, это неплохая мысль, но на самом деле мне надо поговорить с тобой.

— Ты еще не уверена, да? — спросил он, подойдя к ней, и, взяв стул, уселся напротив.

— В чем не уверена?

— В том, что хочешь выйти за меня замуж. Он вел себя как-то неспокойно, и Таня не понимала причины.

— Я уверена, что хочу. Но для полной уверенности мне надо знать: если бы ты не был связан словом, долгом и волей отца, ты женился бы на мне?

— Да!

Таня немного опешила:

— Тогда почему ты сердишься сейчас?

— Пойми, когда невеста в ночь перед свадьбой зовет к себе жениха, это значит, она решила отказать ему.

Таня ласково посмотрела ему в глаза.

— А вдруг ей хочется, чтобы ее немного подбодрили?

— Ты хочешь этого?

— У меня сегодня появились некоторые сомнения. Я в замешательстве. Ты, с одной стороны, хочешь, чтобы мы с тобой поженились, а с другой — считаешь, что мы неровня. Так, во всяком случае, ты мне уже говорил.

— А если я передумал?

— Хорошо. Но есть еще одно — тебе не нравится, что я красива, — продолжала Таня и добавила, набравшись смелости:

— Я никак этого не могла понять вплоть до сегодняшнего дня.

— И что ты поняла?

Вместо ответа Таня спросила дрогнувшим голосом:

— Штефан, будет ли у нас нормальная семья? Ты будешь спать со мной, любить меня? Хочешь ли ты иметь от меня детей?

Он вскочил со стула так резко, что Таня вздрогнула от испуга. Но Штефан бросился к ней, чтобы поцеловать. Это ее слова на него так подействовали или он просто не хочет отвечать сразу? Сколько же можно сомневаться? Хотя ей было приятно снова оказаться в его объятиях… Как долго они не были вместе!

Неожиданно Штефан подхватил ее на руки. Она вздохнула, уткнулась лицом в его грудь и сказала тихо:

— Ты даже себе не представляешь, какой обладаешь притягательной силой, Штефан. И я не отношу это за счет твоей внешности, хотя ты, слава Богу, не урод, меня привлекает в тебе все. Не буду говорить о вспыльчивом характере, с которым я уже смирилась Но то, как ты себя…

— Довольно! — раздался знаменитый окрик, но не очень грубый, просто так ему было привычнее отказываться от щекотливого разговора."

"Штефан хотел усадить Таню в кресло, но она прижалась к нему всем телом и обвила его шею руками.

— Ты не веришь мне? Жаль. Прости меня за то, что я затронула эти больные струны. И все же я не понимаю, почему ты так чувствителен к этому, Штефан.