Заглянув в бесцветные глаза, полные горьких слёз и безнадёжности, ласково спросила:

— Что с твоей мамой?

— Он-на второй день не м-может разродиться, — всхлипывая, прорыдала девочка. — У н-нас нет денег на п-повитуху и л-лекаря… Хнык… Она… Хнык… Умирае-е-ет.

Меня прошиб холодный пот. Два дня? Так долго? Каждая минута была на счету и могла стоить матери девочки жизни. Я попыталась придать себе уверенный вид, хоть и едва могла держать себя в руках от охватившего волнения. Обняв малышку за плечи, подтолкнула к выходу. Бросив полный надежды взгляд на Кэти, уловила слабый кивок. Она заберёт покупку, значит, можно пойти сразу.

— Показывай, где твоя мама, — уверенно сказала я, выходя на улицу. — Я слабый, но лекарь. Попробую помочь твоей маме, только медлить нельзя. Показывай скорее дорогу!

— Спасибо, тётенька! — Всхлипнув, облегчённо пробормотала девочка и поспешила в нужную сторону.

Глава 26

Девочка повела нас вглубь южной части города, дома здесь были явно беднее и хуже остальных. Я с ужасом смотрела на дыры в оконных рамах, обветшалые крыши и щели в дверях. Мы погружались в трущобы, которые я никак не ожидала увидеть в этом городке. Хотя стоило признаться самой себе, в любом мире находится место для бедной прослойки общества. Вздрогнув, плотнее закуталась в полушубок.

Остановились возле старого, если не сказать древнего, домика. Сквозь мутные окна виднелись плотные шторы, непонятного цвета, а покрытая трещинами дверь всё ещё внушала уважение толщиной дерева. Девочка с трудом открыла засов и пропустила нас внутрь. Надрывно заскрипели половицы, прогибаясь под нашими шагами. Стражники держали оружие под руками, готовые к любым неожиданностям. Не думаю, что на нас нападут, однако подобное не казалось излишеством.

В полумраке виднелись очертания скудной мебели, заботливо укрытой узорчатыми салфетками. У меня не было времени рассматривать жилище местных бедняков, поскольку стоило войти в дом, как до ушей донёсся протяжный стон роженицы. Маленькая комнатушка, откуда доносился звук, располагалась рядом с прихожей. Я бросилась туда, на ходу снимая тёплую верхнюю одежду и кидая в руки стражника.

— Принеси горячую воду, — крикнула девочке, что замерла на пороге и посерела лицом. А после приказала стражам: — Помогите ей, не смейте идти за мной!

В тесной спальне, на узкой кровати с мокрыми простынями, лежала молодая женщина. Её обескровленное лицо напоминало бумагу, такое же белое и безжизненное. Если бы не слабо вздымающаяся грудь, её с лёгкостью можно было принять за мертвеца. Женские руки обхватывали огромный живот, скрытый тонкой сорочкой в пятнах. Услышав шум, роженица вновь застонала, кусая и так раненные губы.

— Дел-ли, с-ступай п-прочь, — прошептала женщина, не открывая глаз.