Нет, нужно расслабиться, учиться, обустраиваться, не оглядываясь на то, что могу стать женой Арендара, потому что если замужество будет единственным моим достижением здесь — то напавшие на меня девчонки правы, и без Арендара я никто. А я хочу быть кем-то и без него, и с ним.

Ванна расслабляет, ласкает. Кожа на глазах становится ровнее, даже редкие родинки бледнеют. Задерживая дыхание, погружаюсь под воду. На более нежном лице чувствуется, как магия очищает поры и проникает в капилляры, улучшает кровообращение. Успокаивает. Ника знает толк в косметических средствах.

Шампунь тоже с магической добавкой, под струями воды волосы сами собой распрямляются, распутываются."

"Из ванной я выхожу распаренная и спокойная.

Пушинка приподнимается над диваном на балконе, осматривает меня через спинку и, зевнув, вновь укладывается.

— Давай сюда, — командует из гардеробной уже накрашенная Ника. В её высоко убранных волосах сверкают крыльями чёрные бабочки. — Сейчас накрашу тебя магией. Только не шевелись, я обычно лишь себе делаю, а у тебя рельеф лица другой.

Не обижать же её недоверием. Усаживаюсь перед её зеркалом. На столешнице блестят красные заколки, баночки и скляночки с тенями, пудрой, помадой.

— Итак. — Ника касается моих волос.

Вода с них струёй утекает в плошку. Миг — и они сухие. Следующие несколько жестов собирают верхние пряди в высокий пучок, а нижние завивают крупными локонами. Ника придирчиво меня оглядывает.

— Нет, — заявляет решительно.

Следующая причёска собирает волосы в высокий гребень, охватывающий волосы от виска до виска и поднимающийся на затылке — что-то вроде корзинки из волос, только выше и плотнее. Лишь у висков остаются трогательные пряди.

— Да, так лучше, — кивает Ника и взмахами рук нашпиговывает причёску сверкающими шпильками. — Жаль, серёжек подходящих у меня нет.

Кручу головой. Волосы не просто собраны вверх, они переплетены в узор из косичек. Такую сложную причёску вручную просто не создать.

— Замри. — Ника касается пальцами моих висков. — Только не шевелись.

Со столика в лицо мне взметается разноцветная пыль и оседает на веках, ресницах и губах, подкрашивает щёки неотличимым от настоящего румянцем.

— Фух, — выдыхает Ника и вглядывается в моё отражение. — Вроде ровно.

Макияж она мне сделала нежный, девичий, подчёркивающий глаза, в то время как у неё в акценте на ярких губах больше дерзости.

— Ровно, — растерянно отзываюсь я. — И очень быстро. Это просто… невероятно!

— Практика, — улыбается Ника. — Одевайся, я безумно хочу увидеть тебя в этом.

Она указывает на алеющее в раскрытом шкафу платье. Волшебное в прямом и переносном смысле.

— Поможешь? — ловлю её взгляд в отражении.

— Ода.