И сообщил, что Ксентария является женой его брата и сейчас, собственно, они вместе…

…Эмиль помотал головой. Мозг, в последние дни загружаемый сверх меры (он даже к концу дня иной раз добирался до магической усталости, то есть в процессе раздумий источник задействовался), видимо, съехал в воспоминания из-за перегрузки.

А все началось с того, что они рассчитывали площадь плоской фигуры, образующейся между поверхностью земли, каналом формулы и двумя вертикалями, одна из которых проходила в точке, собственно, истечении канала, другая проходила через точку его окончания. Расчет заключался в том, что они разбивали всю получающуюся криволинейную трапецию на прямоугольники и считали площадь каждого из них. А потом складывали. И тем точнее получался расчет, чем больше было этих прямоугольников взято. А им хотелось как можно более точно посчитать… И тут Тайфол, который сидел в уголке, внезапно говорит цифру. И сообщает, что она и есть площадь фигуры, которая получилась…

В тот день Эмиль лег спать под утро. Остальные уже махнули рукой, а он все считал… И у него не получалось той цифры. Близко, но меньше. Двадцать один и семьдесят три части целого площадных шагов (аналог земных квадратных метров). Но самое главное потрясение Эмиля ждало на следующий день. Когда Тайфол снова вычислил площадь фигуры. Причем… За полчаса.

«Что это были за символы?» – снова засвербила в его голове мысль.

Он их увидел случайно. Точнее, он не удовлетворился объяснением, что Тайфол просто считает лучше. Он стал наблюдать. А это у него получалось хорошо. Как-то так выходило по жизни, что на него не обращали внимания (и самое противное, что девушки тоже). Он мог буквально пялится на разумного, но все равно его не замечали. Вот он и подметил, что Тайфол что-то пишет на клочке бумаги…

…Он выходил последним. Поэтому он попросту перевернул мусорку, в поисках того клочка. И нашел. Вот только это ему ни разу не помогло. Потому что он увидел череду каких-то символов. Там даже цифр не было! Просто символы! Что это такое? Что за язык такой? Какие-то закорючки, кресты, палки! Шифр? Но зачем? И самое главное, первокурсник?! Откуда-то из степи?! И шифр? Причем такой, в котором из знакомого были только кресты и палки.

– Господин Конте? – вырвал парня из глубоких дебрей размышлений женский голос.

Эмиль поднял голову и увидел прямо перед собой… принцессу. А рядом Антарию Эридис.

– Господин Конте, – насмешливо продолжила Юлиса Грестос. – Это как-то невежливо, подойти к девушке и стоять молчать, смотря в землю.

– Простите, – буркнул Эмиль и, обойдя девушек, пошел дальше.

Юлиса с удивлением посмотрела ему вслед. А потом на ее лице пропечаталась досада.

– М-да, – произнесла она. – Даже как-то обидно что ли. Ладно я. Но он и тебя проигнорировал.

Антария хмыкнула.