О крылья носа - порезаться можно.

“Это всего лишь сделка”, - может, сказать сейчас?

Рано.

- Я просто подтверждаю доверие, которое вы оказали мне как фаворитке, - нашла я нейтральный вариант.

- То есть, не хочешь создавать мне проблем? Как благородно. - Миронар еле заметно поморщился, словно понимая, что мало чего от меня добьётся. И продолжил прямо, как ударил: - Я ценю искренность, но в прошлый раз ты врала самой себе. Могла бы просто сказать: да, тебя задело, что я ещё не выбрал тебя. Ты ревнуешь - к Минель, к Керин, ко всем оставшимся. Взять и признаться.

Самовлюблённый мерзавец.

Как я вообще пару дней назад могла радоваться, что вижу его?!

Что бы я ни ответила, станет лишь хуже - я поняла это чётко. Так с ним всегда, непреложное правило наших препираний. Мой самый верный вариант - молчать.

И я молчала.

Молчала.

- Ладно, раз не готова, иди, - наконец, выдохнул король совершенно зло. - Можешь прямо к Амейре. Я приду следом и расскажу вам кое-что важное.

Так и случилось - я всё исполнила прилежно, добралась до распорядительницы, и та быстро собрала нас всех в холле.

Миронар явился лишь немного позже.

Осмотрел свой “цветник”, и заговорил:

- Дорогие невесты.

Вас осталось пятнадцать. Наконец-то я могу сказать, что здесь только те, кто мне хорошо запомнился. - Он улыбнулся, словно поощряя нас, но мне так и чудилась затаённая ярость. - Вы все наделены силой. Умеете держать себя - хоть на балах, хоть при личных встречах. Так или иначе талантливы. Интересны. Я выделил троих из вас, но всё ещё может измениться.

Янтарные глаза чуть сузились, когда он продолжал:

- Я обещал вам, что отбор пойдёт иначе. Больше не будет формальных испытаний - никаких очевидных условий, которые надо выполнить или выбыть.

У нас будут новые свидания, общие обеды, прогулки. Я могу распрощаться с любой из вас в любой момент, но хочу, чтобы вы поняли одно: дальше я выбираю исходя исключительно из личных предпочтений. Не за силу. Не за умение плести интриги. И в супруги я возьму ту, кто мне действительно нравится.

Будь я проклята, но у него получилось - приободрить всех! Девчонки, вначале недобро поглядывавшие на фавориток, теперь стояли с такими лицами, будто им пообещали настоящую любовь. Даже мне захотелось повести головой: он серьёзно?

И ещё я даже не знала, что меньше понравилось мне в этой речи.

То, что не будет никаких условий, которые позволят распрощаться с отбором?

Или то, как откровенно он перевёл взгляд на Минель на последних фразах?

Проклятье.

Я ушла к себе, заперлась в комнате, вдруг понимая: мне снова одиноко. Как-то по особенному - как не было даже в последние дни.

Но одиночество развеял слуга. Принёс мне книгу из библиотеки - уверяя, что я якобы её просила. Я чуть не начала возражать, но мелькнувшее подозрение заставило прикусить язык.