Я не шевелюсь, даже вилку не беру, хотя рыба пахнет очень аппетитно: филе лосося блестит в свете свечей, от него поднимается пар и дразнит мои обонятельные рецепторы. Я сегодня весь день ничего не ела.

- Как ты думаешь, из-за чего у нас произошел конфликт и двое друзей резко стали врагами?

Я равнодушно пожимаю плечами:

- Бизнес?

- Нет, Алика. Твой отец не такой, как тебе кажется. И я хочу тебе об этом рассказать. О его предательстве и подлости, о том, как он воспользовался…

К горлу подкатывает клокочущая ярость, прорывается, и я перебиваю, почти выкрикиваю:

- При чем тут вообще мой отец?! Он в больнице! Вам этого мало?! Я ничего не хочу знать! Даже если он чудовище – вы не лучше! – глаза начинает щипать от слез. – Что вы делаете со мной? Заперли тут, угрожаете, шантажируете, берете насильно с угрозой расправы? Это нормально?!

Деймос щурится, крутит в руках сигару.

Моя грудь вздымается от внутреннего шторма. Я не буду рыдать. Хватаю трясущейся рукой бокал и делаю большой глоток. Выпиваю все. Меня окутывает бархатистым теплом, растекающимся от горла до желудка. Красное вино частично гасит бурю эмоций.

Вызывающе смотрю в стальные глаза Деймоса.

Его острый прищур хочет проколоть меня – нахалку, посмевшую перебить его – господина.

Он ломает сигару напополам.

- Видишь ли. Если птичка лезет в рот крокодилу, то логично, что он захлопнет пасть? Я привык получать желаемое. Любыми средствами.

Он смотрит на меня так, что я перестаю дышать. Продолжает:

- Я пожелал тебя, когда увидел еще у самых ворот. Это я позволил тебе попасть внутрь. Ты попалась. И была наказана."

"- И после этого вы смеете что-то говорить о подлости, предательстве и о том, что кто-то кем-то воспользовался? Даже если мой отец такой, то вы – еще хуже! В сотни раз! Он, по крайней мере, никого в плену не держит. Я залезла не для того, чтобы навредить! А для того, чтобы спасти. Разницу понимаете?

- Твой ход мыслей наивен.

Деймос на секунду закрывает глаза, а когда открывает, то в них колышется тьма с хищными отблесками свечей.

- Но мне нравится, - в его интонациях появляются вкрадчивые нотки.

Он встает. Обходит стол и протягивает руку.

- Приглашаю на танец.

В его ладони три моих запросто уместятся.

Нахожу в себе силы усмехнуться:

- Как будто у меня есть выбор.

Деймос медленно ведет меня в такт музыке, обхватив за талию одной рукой, а второй держит за руку. Благодаря высоким каблукам я дышу ему в плечо, а не в грудь. Вдыхаю запах. Меня обволакивает опасным жаром, голова кружится. А может это вино на голодный желудок так повлияло…

- Ты права, киса. Во многом.

Я сбиваюсь с такта, хочу остановиться и посмотреть на него.