Чересчур велики для жилья, наверняка тут и выжимают сок из стеблей, а потом варят патоку – точно, вон и печные трубы…
Кто-то заторопился от ближайшего строения к дороге, махая фонарем и заранее громко окликая. Мазур не разобрал ни слова – снова чистейший креольский, – но в голосе неизвестного вроде бы не чувствовалось угрозы. Сторож, наверное, решил, что нагрянули люди хозяйки, рвение демонстрирует, показывает, что не дрыхнет. Мазур пролетел мимо него, как мимо пустого места.
Дорога меж высокими стеблями, накрытая чуть ли не сплошной крышей листьев, выглядела столь однообразно, что можно было подумать, будто ездишь по кругу, не столь уж и большому.
Сделав над собой некоторое усилие, он остановил машину. И выключил мотор, как ни протестовало все внутри. Умный человек бежит с оглядкой…
Отошел от машины метров на десять, возвращаясь в ту сторону, откуда приехал. Прислушался. На дороге лежала словно бы сеть бледно-серебряного цвета – это лунное сияние столь причудливым образом пробивалось сквозь листья.
Тишина. Душная, насыщенная непривычными запахами чужих растений. Ни единого механического звука не доносится. Пока всполошатся, освободят Шарля, пока выслушают, а парочка из гаража, очень может быть, тихонечко улизнет подальше от греха… Есть время.
Что-то звонко шлепнуло его по темечку, Мазур прямо-таки подпрыгнул от неожиданности. И тут же подобные шлепки раздались вокруг, со всех сторон. Прямо-таки пулеметный треск.
Неожиданно, как в здешних местах частенько случается, налетел буйный ливень. Словно потоком хлынула дробь из распоротого исполинского мешка, капли барабанили по листьям с пулеметным треском, вокруг сгустилась совершеннейшая темнота, Мазур уже не видел машины. Понятно теперь, почему звезды исчезли с половины неба – это туча подползала со стороны океана…
Тропики тропиками, но торчать под ливнем голому по пояс, босому – удовольствие не из приятных.
Начинало легонько познабливать, и он всерьез забеспокоился, не простудиться бы.
Комментарии
Добавить комментарий