А что имеет смысл! Что, блядь, для тебя, законченной эгоистки, имеет смысл? — взорвался мужчина. Остервенело стянул с себя пиджак и кинул его на спинку стула.

Ты глянь, какой важный! Биг босс прямо! Все ему виднее, все лучше знать.

— Ты не имеешь права навешивать на меня ярлыки, ясно тебе. Ты никто! Ты ни минуты не прожил в моей шкуре, чтобы сейчас разбрасываться словами!

Ты не умирал с каждым днем от осознания того, что совершил. Тебя совесть изнутри не выгрызала, не вырывала плоть, не вспарывала нервы. Леша преобразился в лице моментально, словно я зацепила что-то довольно личное сейчас.

— Как и ты в моей! Зато когда-то я грыз землю зубами, чтобы вылезти из той ямы, в которую меня кинули. Чтобы не остаться долбанным инвалидом на всю жизнь, так что я имею право говорить все, что угодно. Я не сложил ручки замочком, не валялся овощем, а пахал, мать твою. Пахал, чтобы сейчас добиться всего того, что имею. Не упал ниц перед проблемами.

Бил плетью по лицу. Фигурально. Прав ли он? Со своей стороны да, но я ведь понимала одно, что просто не знаю, как дышать с осознанием случившегося.

— Я не хочу пахать, пойми ты это! Я не ты! Я слабая!

Застряла в той ситуации и не видела выхода.

Не хотела искать. Не заслужила! Да как угодно!

— Ты просто законченная эгоистка, ясно тебе или нет?! Ты об отце думала? Ты вообще о чем-то или о ком-то кроме себя думала?! — мужчина встал, приблизился ко мне вплотную и вопил обидные, колючие слова. Они больно врезались в мое сознание, заставляя совесть кровоточить еще больше. Думала ли об отце? Постоянно. Я рвала себя на части, чтобы спасти его.

— Да! Да! Я думала. Только все это денег стоит, лечение денег стоит! Думаешь все эти препараты, приемы у кардиолога, операция, — это все бесплатно? Это только на бумажке бесплатно! Нет у меня этих денег, а те, что есть…я не заслужила, не имею права, ясно тебе! Отцу они нужнее, ему помощь нужна, а мне не надо, мне уже ничего не надо…

Моя тирада возымела свой эффект.

Леша моментально осунулся, сдулся. Гнев смылся с мужественного лица. Он протянул несмело ладонь к моей щеке и невесомо провел пальцами по коже. Табун мурашек от простого прикосновения — это не норма, но я так реагировала на его касания. Страх? Трепет? Что?

— Ты могла мне сказать изначально, Мира.

Мы теряем время. Я оплачу любой уход, любых врачей, любые лекарства, любую операцию, — гортанно проговорил. Голос растерял былую сталь.

— Я не буду делать операцию.

Это все хождение по мукам. Нет.

Конечно, Леша отреагировал в своей манере, вынуждая меня кипеть и нервничать. Глаза потемнели, он развернул мою голову двумя пальцами и сжал подбородок с такой силой, что мне казалось, могли остаться синяки. Горячее дыхание коснулось губ, я машинально захотела провести по ним языком.