– О чем это ты толкуешь, черт возьми? – спокойно и вразумительно осведомилась она.

Облегчение, нахлынувшее на него, было почти болезненным.

– К-как ты? – запинаясь, пробормотал он.

– Все будет хорошо, – заверила Кейт, поморщившись. Энтони чуть помедлил с ответом, обдумывая ее слова.

– Но сейчас с тобой все в порядке?

Кейт тихо кашлянула, и ему показалось, что она прикусила губу от боли.

– Что-то неладное с ногой, – призналась она, – но крови, по-моему, нет.

– Что ты чувствуешь? Слабость? Голова кружится?

– Нет. Только боль. Что ты здесь делаешь?

Энтони улыбнулся сквозь слезы:

– Я хотел найти тебя.

– Правда? – прошептала она.

Энтони кивнул:

– Я приехал… то есть я понял…

Энтони поежился. Он никогда не думал, что наступит день, когда он скажет женщине эти слова, слова, так заполнившие его сердце, что теперь почти невозможно выдавить их наружу.

– Я люблю тебя, Кейт, – выдавил он. – И хотя не сразу понял, как отношусь к тебе, но это так и есть, и я должен был сказать все. Сегодня.

Ее губы дрогнули в нерешительной улыбке. Показав подбородком на свое неподвижное тело, она резонно заметила:

– И выбрал для этого самый подходящий момент!

Поразительно, но он осознал, что тоже улыбается.

– Кажется, ты почти рада, что я так долго ждал? Признайся я во всем сразу, не приехал бы сегодня в парк.

Кейт показала ему язык, что, учитывая обстоятельства, в сто раз усилило его любовь к ней.

– Только вытащи меня, – попросила она.

– А ты скажешь, что любишь меня? – поддразнил он. Кейт ослепительно улыбнулась и кивнула.

Конечно, это было ничем не хуже признания, и пусть он никак не мог пробраться внутрь экипажа, пусть Кейт застряла в перевернувшемся экипаже и нога ее была, возможно, сломана, Энтони вдруг охватило поразительное ощущение довольства и покоя.

Он вдруг понял, что не чувствовал ничего подобного почти двенадцать лет с того дня, как вошел в спальню родителей и увидел, что отец лежит на постели холодный и неподвижный.

– Сейчас я тебя вытащу, – пообещал он, подсовывая руки ей под спину. – Боюсь, тебе будет больно, но ничего не поделаешь.

– Нога и без того ужасно ноет, – храбро улыбнулась Кейт. – Я хочу поскорее выбраться.

Энтони серьезно кивнул и попытался вытянуть Кейт из-под обломков.

– Ну как? – спросил он. Сердце переставало биться каждый раз, когда она морщилась от боли.

– Все хорошо, – охнула Кейт, но было видно, что она попросту храбрится.

– Нужно перевернуть тебя, – объявил он, разглядывая острый кусок дерева, свисавший сверху. Только бы он не упал. Да и трудно вытащить ее так, чтобы чертов обломок ее не задел. Даже если она порвет одежду… пропади все пропадом.