И у нас будут дети, смышленые дети, если будет угодно Господу, поскольку вы самая умная из известных мне женщин.

Это несколько сглаживало его снисходительность, но Кейт не успела улыбнуться, как он добавил:

– Но вам не следует ожидать любви. В этом браке любви быть не может.

Ужасный горький ком поднялся к самому горлу, однако Кейт снова кивнула. Только на этот раз каждое движение вызывало новый прилив сердечной боли.

– Есть вещи, которых никогда не смогу дать вам. И боюсь, любовь тоже в их числе.

– Понимаю.

– Действительно понимаете?"

"– Разумеется! – отрезала она. – Вы вполне ясно все объяснили. Яснее быть не может.

– Я никогда не хотел жениться по любви, – оправдывался он.

– Вы говорили другое, когда ухаживали за Эдвиной.

– Я ухаживал за Эдвиной только потому, что хотел произвести впечатление на вас, – парировал он.

– Но сейчас вы не произвели на меня впечатления, – процедила она.

Энтони тяжело вздохнул:

– Кейт, я приехал сюда не для того, чтобы ссориться. Просто считал, что лучше, если мы с самого начала будем честны друг с другом перед свадьбой.

– Конечно, – бросила она, вынудив себя кивнуть в очередной раз. Он не собирался оскорблять ее, и не стоило так расстраиваться. К этому времени она достаточно хорошо узнала Энтони, чтобы понять: им движут только благие намерения. Он чувствовал, что никогда не будет любить ее, и честно в этом признался.

– Нам действительно следует все расставить по своим местам еще до свадьбы, – тихо сказал он.

Кейт продолжала кивать, опасаясь, что если вдруг перестанет, может сделать что-то поистине глупое… например, заплакать.

Он перегнулся через стол, взял ее руку, но Кейт съежилась.

– Не хочу, чтобы вы шли к алтарю, питая напрасные иллюзии. Вряд ли вам нужны лишние разочарования.

– Естественно, не нужны, милорд.

Он нахмурился:

– По-моему, я просил вас назвать меня по имени.

– Совершенно верно… милорд.

Он отнял руку и положил ее на колени, ощущая странную тяжесть в груди.

– Прежде чем уйти, я хотел бы кое-что оставить вам, – неожиданно вспомнил он. И не отрывая глаз от ее лица, сунул руку в карман и вытащил маленькую бархатную коробочку.

– Простите, что дарю вам обручальное кольцо перед самой свадьбой.

Кейт разгладила голубой бархат, прежде чем поднять крышечку. Внутри лежало простое золотое кольцо с единственным круглым бриллиантом.

– Это из фамильных драгоценностей Бриджертонов, – пояснил Энтони. – В коллекции есть несколько обручальных колец, но я подумал, что это вам больше понравится.

– Оно прекрасно, – прошептала очарованная Кейт. Энтони взял у нее коробочку.

– Позвольте мне, – попросил он, вынимая кольцо из бархатного гнездышка.