Осторожно прошлась взглядом по незнакомке, передо мной стояла женщина лет тридцати, в стильном брючном костюме, который четко очерчивал ее идеальные формы, ее густые светлые локоны волной спадали на плечи, а пушистые ресницы подчеркивали большие серые глаза.

Сейчас, находясь в одном помещении с этой нимфой, я почувствовала себя еще более убогой, переодеться я так и не успела и контраст между нами чувствовался более, чем отчетливо.

— Присаживайтесь, — обратился Олег к женщине, — чай, кофе?

— Нет, благодарю, — с придыханием произнесла она и одарила его, наверное, самой шикарной улыбкой, на какую только была способна, а потом прошла вперед и присела на стул, глаза Олега оценивающе пробежались по телу женщины, задержались на груди и скользнули выше, на лице промелькнула едва заметная улыбка.

А мне, вдруг, стало очень больно, нет, не из-за интереса Олега к этой женщине, а от понимания, что никто и никогда не будет смотреть на меня вот так, людям неприятна моя внешность, никому не нравятся уроды, разве что больным садистам, вроде Андрея.

— Инга, — теперь Олег обращался ко мне, — присядь пожалуйста, — еще раз перевела взгляд от Олега к женщине и выполнила его просьбу, села напротив гостьи, сам Олег занял место возле меня, чем сильно меня удивил, хотя, рассматривать незнакомку так явно удобнее.

— Послушай, — Олег продолжал говорить со мной, — твое молчание меня беспокоит, Альбина Сергеевна — кивнул в сторону женщины, — психолог, она поработает с тобой какое-то время, заодно присмотрит.

«Психолог? Да мне не психолог нужен, а психиатр» — усмехнулась про себя.

Они еще долго обсуждали подробности этой «работы», но я уже совершенно не пыталась вникнуть в разговор. Альбина все это время даже не пыталась проявить заинтересованность в работе со мной, куда больше внимания она уделяла Громову, на меня же она изредка бросала оценивающий взгляд.

Женщина что-то щебетала по поводу возможной психологической травмы и наличии у нее огромного опыта работы в этой области, а мне хотелось провалиться сквозь землю, потому что я прекрасно понимала — эту женщину интересует только Олег, я же, просто инструмент для достижения поставленной цели и цель эта, судя по всему, совсем не против.

И мне, вдруг, все это надоело, вся эта болтовня относительно моей проблемы, предположения этой женщины и ее легкий флирт. Она ничего не знала о причинах моего состояния, абсолютно ничего, помочь мне она точно не сможет, да и вряд ли ее это сильно волнует.

«К черту все» — промелькнуло в голове, поднявшись с места и бросив взгляд на напрягшегося Громова, я покинула кухню и вернулась в «свою» комнату. После мне, конечно, стало стыдно за свой минутный порыв, но изменить я уже ничего не могла, а возвращаться обратно было бы глупо.