Просто у кого-то безобидные, а у кого-то слишком страшные.

Подхватив чемодан и увесистый пакет, я покинула квартиру. Запирая дверь на ключ, я вдруг заметила на двери записку. Совсем крохотную, в самом углу. Интересно, как давно она здесь появилась?

Я сорвала ее с двери и прочитала:

«Восхищаюсь тобой, несмотря ни на что».

В конторе я отдала Насте ее вещи. Убийце было уже не отвертеться, но тем не менее она развила бурную деятельность.

– Я запросила информацию по билетам. Поездка в твой город действительно была для Ефременко не первой. В основном Анна Петровна отправлялась туда в выходные. Не приходилось даже выдумывать предлоги, чтобы улизнуть с работы, как в ту злополучную пятницу…

– А Воронцова?

– Да, и на ее имя было куплено четыре билета, три раза они были там с Анной вдвоем.

Я поблагодарила Настю за сотрудничество и компанию. «Кажется, я буду скучать», – подумала некстати.

Мы долго и тепло прощались и с ней, и с Субботкиным.

– Крюков на месте? – спросила я. – Ему тоже нужно сказать до свидания.

– Опять в отгуле, – развел руками Виктор.

– Говорят, от него жена ушла, – добавила Настя. – Или самого его из дома выгнала.

– И правильно сделала! Предателям не место в ее жизни. Уверена, Александра еще будет счастлива! У нее все для этого есть.

– Что? – не понял Субботкин.

– Она сама.

Виктор привез меня к зданию вокзала и остановился напротив входа.

– Татьяна, ты гений! Знай это.

– Мы все неплохо поработали.

– Приезжай как-нибудь.

– Обязательно!

Субботкин взглянул на часы на приборной панели.

– Через десять минут отправление.

– Виктор Сергеевич, сделай доброе дело.

– Для тебя хоть десять!

– Узнай, не учился ли в вашем институте Юрий Свиридов.

Он нахмурился, но уточнил:

– В каком году?

– Могу назвать диапазон, точно не знаю.

Я озвучила ему свои предположения, и мы простились, крепко обнявшись. К вагону пришлось нестись почти бегом.

Оказаться в своей квартире казалось мне настоящим праздником и избавлением. От интенсивной работы, от множества новых лиц и улиц, от бесконечного поиска виновных и причастных, от чужих стен, от страшных убийств. Только от назойливых мыслей они не спасали.

На субботу у меня не было никаких планов. Я рассчитывала поспать подольше, но проснулась около девяти утра и теперь валялась в постели, прикидывая, чем бы заняться: чтением или просмотром сериала. И то, и другое занятие отлично подходило для выходного дня, более того, не требовало от меня никаких усилий, даже покидать кровать было необязательно.

Однако моей задумке не суждено было воплотиться. Внезапно раздался звонок в дверь. Короткий, робкий. За ним последовал еще один, на этот раз более настойчивый.