В полной уверенности, что Блэйзу неприятно общество ее сестрички и он ласкает ее лишь из вежливости, Крисе поспешила к нему:

– Дай м-не е-ее, – несчастным голосом попросила она.

– Уйди отсюда! – прошипел Блэйз.

Крисси отшатнулась, будто ее ударили, мертвенная бледность покрыла ее лицо. Обеими руками прижав к себе Рози, Блэйз с нескрываемым презрением и отвращением взирал на Крисси.

Мгновенно почувствовав себя больной и разбитой, она поплелась в кухню и с трудом опустилась на стул. Как он мог заниматься с ней любовью, испытывая подобные чувства? Неужели все мужчины таковы?

Прошедший уик-энд стал настоящим кошмаром для нее. Блэйз унижал ее с холодной жестокостью, безжалостно и расчетливо. После двух дней, проведенных в отеле «Савой», Крисси так и не поняла, где она находилась, – в раю или в аду."

"В ту первую ночь Блэйз заказал ужин прямо в номер. Перекусив, он принял душ, оделся и ушел. Крисси не знала куда, у нее просто не хватило мужества спросить. Она отправилась в постель и, усталая и изможденная, погрузилась в глубокий сон. Но, начиная со следующего утра, Блэйз почти не выпускал ее из спальни.

Ее лицо вспыхнуло, когда перед глазами пронеслись сцены, четко отпечатавшиеся в ее памяти. Блэйз был великолепным, ненасытным любовником. Он инстинктивно чувствовал, каким лучше всего способом унизить ее. Каждый раз, когда он прикасался к ней, Крисси, словно воск, таяла в его руках, и ее пугала эта потеря контроля над собой, потому что она знала, что позволит ему проделывать с ней все, что он ни пожелает. Ее разум совершенно отказался ей повиноваться.

Он сравнивал ее с… женщинами, которые слонялись вокруг ипподрома, готовые переспать с любым мерзавцем, имеющим тугой кошелек и хоть толику везения. Этих женщин привлекала чужая слава, чужие деньги, азарт и риск, ставшие частью его жизни…

Минут через десять Блэйз вошел в кухню. Крисси боялась на него взглянуть, в страхе, что ее разбушевавшиеся чувства выдадут ее. Но, видимо, ему совершенно наплевать на них. Ему абсолютно все равно, что она влюбилась в него до безумия, что ее тело так и рвалось ему навстречу.

– Я слышал, Флосс говорила что-то о детской группе в деревне. Ты должна поехать разузнать все поточнее, – произнес он.

Крисси напряглась, пытаясь собраться с мыслями и понять, что он говорит ей. Картины прошедшего уик-энда мысленно проносились перед ней. Ни о чем другом она не могла и думать…

– Какой в этом с-смысл? – наконец пробормотала она.

– Она должна находиться среди детей. Здесь ей одиноко.

– Мы же не в-вечно с-собираемся оставаться здесь.

– Но пока ты здесь…

– Но, насколько я понимаю, тебе неприятно мое присутствие! – не выдержала она.