В частной коллекции, так сказать, – без долгих прелюдий заговорил мужик и расстегнул чехол, в котором находилась картина.

Глеб внимательно смотрел на картину. В первую секунду Широкову захотелось просто послать мужика. Вовремя остановился. Что-то не сходится здесь. И чутье вдруг активизировалось. Внутренний голос настойчиво шептал Глебу не спешить.

Прямо перед Широковым была точная копия шедевра, который хранился в личной сокровищнице. Глеб был на сто, на тысячу процентов уверен, что перед ним подделка. А оригинал заперт в сейфе. В том самом, где они с Сабиной целовались.

Глеб расслабил узел галстука. Его начинало крыть, потому что про Сабину вспомнил совсем некстати. Не вовремя. Но ведь не зря вспомнил. Эта девочка прекрасно рисует... рисовала.

А мужик принял реакцию Глеба на свой счет.

– Этот подлинник долго не могли отыскать. Оттого его цена может значительно вырасти. Но Фотограф утверждал, что вы захотите приобрести картину первым, Глеб Алексеевич, – заливался соловьем мужик, а Глеб продолжал молчать.

– Сколько? – негромко уточнил Широков и отвернулся."

"Зачем ему подделка, если у него дома спрятан оригинал? Но Глеб не задавал этого вопроса вслух. Он смотрел на саму картину. И ему казалось, что помутнение рассудка вернулось. По неясным и необъяснимым причинам Глебу казалось, что в этой картине что-то есть... Что облака на ней живые, потому что художник вложил в свое творение душу, а каждый мазок неуловимо знаком Глебу.

Крючков назвал цену. Глеб усмехнулся. Надо же, совсем оборзел продавец. Но фальшивка, определенно, высшего класса. Глеб повелся бы, если бы не был уверен.

– Я подумаю над вашим предложением, – кивнул Широков, не сводя глаз с полотна. – Сами понимаете, такое решение нужно обдумать. Весьма приличную сумму вы запросили, уважаемый.

– Если вас не затруднит, Глеб Алексеевич, прошу дать ответ до завтра. После я буду показывать этот шедевр другим коллекционерам, – заговорил Крючков, – Вот мои контакты.

Глеб не взглянул на визитку, его внимание по-прежнему притягивала фальшивка. Удивительная работа. Пожалуй, даже лучше оригинала.

После визита Крючкова Глеб выпил кофе. Аппетита не было. Он вообще не особо помнил, чем питался в последние дни. Глебу казалось, что последнее блюдо, которое он ел – был тот самый ужин, что готовила Сабина.

В кабинете Широков был один. А потому можно было дать слабину. И мужчина, прикрыв ладонями лицо, шумно выдохнул.

– Как же мне без тебя херово, девочка...

***

К Архиповым Глеб приехал без опозданий. Как и обещал. И даже трезвый. И это он тоже обещал Владу.

Мысленно Широков сделал заметку, что нужно бы извиниться перед другом. В последнюю встречу с Владом Глеб был, мягко говоря, не в форме. Помнил, как изливал Архипову душу в день похорон.