— Да мне раз плюнуть забраться на нее! Хоть с закрытыми глазами! — похвалился Патрик, на что Питер добавил, что он и слезет с нее с закрытыми глазами.

А Эшли в эту минуту была озабочена только тем, как бы слезть со своего мучительного средства передвижения. Худо-бедно, но она одолела на Кэндис старый сад, два пастбища, каменистый берег и вдобавок еще несколько ручейков. Все, хватит с нее, это животное — просто горный козел! Сидеть ей уже нестерпимо больно, а поудобнее устроиться в этом несносном седле никак не удается. Когда она неловко оперлась на стремя и осторожно спустилась на землю, трое мальчишек уже окликали ее с вершины старой скалы, прося принести чего-нибудь попить.

Вскинув голову, она мрачно отозвалась:

— Если вы хотите, чтобы я туда вскарабкалась, придется вам изобрести какой-нибудь лифт. У меня больше нет сил.

— Ну, пожалуйста, Эшли! Мы ведь ради вас старались, думали, вам здесь очень понравится! Такой потрясный вид! Отсюда даже чуть-чуть виден шпиль Церкви Святого Луки!

Уж как-нибудь проживу без шпиля, подумала Эшли, тем более что виден он лишь чуть-чуть.

— Простите, ребята, я хотела бы и все такое, но… — Она со стоном присела, выбрав самый травянистый уступ. — Вы просили попить?

— Ага! Зила дала нам с собой фляжки с водой. Они пристегнуты к великам. В дорогу нельзя отправляться без запасов, — философски заметил Питер.

Вот уж чего-чего, а воды на просторах владений О'Мэлли хватает, лениво отметила про себя Эшли. Куда ни двинешься — обязательно наткнешься на ручей. Мальчишки все уши ей прожужжали о ручье Белой скалы, о ручье Красные камни, Песчаном ручье и Русалочьем ручье, но путешествие было таким тряским и утомительным, что она не разобралась, через какие ручьи ей пришлось переправляться.

Она медленно встала, добрела до велосипеда, отстегнула фляжку, отвернула пробку и сделала несколько жадных глотков. При этом взгляд ее упал на вершину огромного валуна, освещенного солнцем. Три пары завистливых глаз наблюдали за ней.

— Ну ладно, — проворчала Эшли, — откуда мне лучше забраться?

Они наперебой стали объяснять ей, каждый по-своему. Эшли прикинула, что в туфлях на плоской резиновой подошве лезть не так уж трудно: гляди себе под ноги — и дело с концом. Во всяком случае, это лучше, чем путешествие на кляче, а ведь придется тащиться на ней обратно. Легче неделю трястись в машине, пусть даже это будет последняя развалюха."

"Пока мальчишки утоляли жажду и обследовали гору, Эшли, воспользовавшись передышкой, растянулась на спине и закрыла лицо соломенной шляпой Лоренса. На камнях было даже удобней, чем сидеть в этом жутком седле. Оно, видно, предназначалось для кого-то с совершенно иной анатомией, нежели ее собственная.