Увидев меня, он разулыбался:

— Петров! Входи, дорогой! Как долетел?

Я шагнул внутрь и боковым зрением уловил изящный женский силуэт.

Глава 9

Я повернул голову. Это была она. Мне улыбалась Света. Приталенный костюмчик коньячного цвета с юбкой, укороченной до грани дозволенного, подчеркивал ее модельную фигуру. Волосы уже не собраны, как раньше, в барашек на затылке, а спадают на плечи каштановым каскадом. Лицо, как и всегда, без единой морщинки, но уже не бледное, а с оттенком бронзы, будто недавно Светлана побывала под солнцем юга. Жизнь в Москве определено пошла ей на пользу, после Новоульяновской командировки.

Я невольно глянул на ее руки. Пара аскетичных золотистых колечек, но обручалки не видно.

— Здравствуй, Андрей Григорьевич, — жемчужинки зубов сверкнули в улыбке.

— Привет, — я еле сдержался, чтобы не расцеловать психологиню. По-братски, конечно. Наверное…

Уловив на себе взгляд Горохова, просто пожал ей руку. Трепетно, будто она была хрустальная и я боялся ее раздавить.

Ко мне уже спешил сам Горохов.

— Давай лапу, Курсант! — он протянул мне широкую ладонь, но в последний момент отдернул ее, будто опомнившись, и сграбастал меня в объятия.

Сдавил, похлопывая по спине:

— Как же я рад тебя видеть!

— Я тоже, Никита Егорович, — прохрипел я, дышать было тяжеловато. — Только почему вы меня не предупредили о своих планах? Как снег на голову запрос свалился в школу милиции.

— А я знал, что ты согласишься. Уговаривать не привык. Если бы отказался, это был бы не ты. Тем более, отдел наш экспериментальный. А это значит, типа временного. Нам месяц дали оправдать создание такого вот нестандартного подразделения. Возможно, посмотрят на нашу работу да и распустят нас.

— Лукавите, Никита Егорович, если бы вы не были уверены в своем предприятии, то ни за что бы не взялись его продвигать.

— Посмотрим, как пойдет, — подмигнул Горохов, — там видно будет. С криминалистом ты уже познакомился. — Следователь кивнул на Каткова, который меня сюда и привез. — Ты не смотри, что Алексей неуклюж и на тюленя похож, только что без ласт. Голова у него, будь здоров, варит. У него даже прозвище было на прошлой работе — Мозг.

— Вообще-то, Никита Егорович, — фыркнул эксперт. — Я все слышу.

— Я знаю, Леша, потому правду и говорю. Как тебя с таким весом в милицию взяли? Бегай, что ли, по утрам.

— Бегать я не могу, у меня подагра, а устраивался я в милицию пятнадцать лет назад.

— И до сих пор в капитанах ходишь, — Горохов повернулся ко мне и продолжил, будто Каткова не было рядом. — Представляешь, Андрей. С его светлой головушкой минимум начальником отделения можно работать. А то и нач отделом. А он простой эксперт. Но ничего, мне в группе начальники не нужны, а рабочие лошадки не помешают.