Террористов поймали и расстреляли еще год назад, но чувствую, что это была лишь первая ласточка.

— Я понял вас, Савелий Прохорович, но если вы даете добро на мою командировку, то я все-таки хотел бы принять предложение Горохова. А с учебой как-нибудь разберусь. Учебники читать обучен. Преподаватели здесь прекрасные, но и самообразование — штука хорошая."

"— Ну ты не торопись с решением. Подумай пару дней, пока мы приказ готовим. С родными посоветуйся. Если уедешь, долго они тебя не увидят. В общем, так… — начальник достал серенький бланк увольнительной и стал его заполнять. — Бери на сегодня выходной и дуй домой. Обсуди с семьей все. Завтра прибудешь к утреннему разводу.

— Есть взять выходной!

***Тусклая лампа общажной комнаты мерцала робким светлячком. Все хотел поменять ее, но в этот зимний вечер она создавала уют, будто горела свеча. Я лежал на скрипучей железной кровати. Рядом прильнула Соня. Прижавшись ко мне, перебирала волоски на моей груди.

— Зачем тебе эта Москва? — надула она губки. — А обо мне ты подумал? Как я без тебя?

— Вот устроюсь — и ко мне переедешь, — попытался я ее успокоить, хотя в глубине души понимал, что сам буду там, как перекати поле. По командировкам мотаться. Для семьи такая жизнь не подходит. Недаром от Горохова жена ушла. Волк-одиночка Никита Егорович. Чем-то на меня похож. Я думал, что смогу новую жизнь прожить по-другому. Но, похоже, иду по прежнему пути. Пока девятнадцать, кажется, что все еще впереди и не поздно свернуть. Проходили это уже. Но иначе я не могу поступить… По крайней мере пока… А там посмотрим.

— Ага, как же, — Соня приподнялась на локте, тряхнув рыжей гривой. — Тут же в Москве про меня и забудешь. Там знаешь девки какие? Наглые, бесстыдные и… Красивые. Мигом в оборот возьмут!

— А ты откуда знаешь, какие там девки? — рассмеялся я, чмокнув ее в щеку.

— В кино видела. И мамина подруга рассказывала. Она проводницей на поезде в Москву ездит. Так она говорит, что самые привередливые пассажиры, это которые с московской пропиской. То им чай не слишком черный, то соседи громко храпят.

Соня прижалась ко мне и поцеловала:

— Ты хоть пиши мне и звони.

Я прижал ее покрепче. Так, будто хотел прилепить к себе насовсем. Может, Соня была наивной девчонкой, глупенькой провинциалкой. Но мне показалось, что рядом с ней никакая москвичка не будет казаться мне настоящей.

— Обязательно… Про Олежку не забывай. Навещай его. Привык он к нам.

***Морозное утро алело на горизонте запоздалым рассветом. Снежок звонко похрустывал под ногами. Я подошел к КПП. После бессонной ночи с Соней старался стойко держаться на ногах, притворяясь бодрячком.

На воротах школы меня встретил патруль второкурсников.