За что вам нас любить? Вы от нас убегаете, а мы вас ловим, какая уж тут любовь.

– Нет, капитан, не про это речь. Вы нас ловите, потому что у вас работа такая. Тут все понятно. У вас своя работа, у нас – своя, каждый свой интерес блюдет и за свою делянку борется. Все справедливо.

– Тогда за что же?

– Для вас, ментов, люди – грязь. Вы по головам, по трупам пойдете, только чтобы свою игру с нами сыграть и выиграть. Вы мимо человека прошли, в дерьмо его втоптали, уничтожили и дальше побежали. За светлыми идеалами. А человек остался в дерьме лежать. Вот за это я вас ненавижу. Аня из-за тебя погибла. Никогда не прощу.

– Евгений Ильич, Аня погибла на ваших глазах, это вы привели ее на стройку для встречи со Стояновым, а не я.

– Значит, его фамилия Стоянов? А звать как?

– Григорий Иванович. Разве вы не знали?

– Нет. Мне он другое имя называл. Все равно из-за тебя все случилось. Ты Аню бросил. Использовал для своих дел и выбросил, как рваную тряпку. А она тебя любила. Ты бы видел, как она убивалась по тебе, капитан. Жить не хотела. А я ее подобрал, успокоил, в чувство привел, радость жизни ей вернул. Ты во всем виноват. Если бы ты ее не бросил, она бы на этой стройке не оказалась.

– Какая связь? Расскажите мне, Евгений Ильич. Кто такой Стоянов? Зачем Анна пошла на стройку?

– Погоди, капитан, устал я.

Парыгин снова замолчал на некоторое время, Михаилу даже показалось, что он перестал дышать. Но губы раненого опять шевельнулись.

– У Стоянова деньги при себе были? – спросил он.

– Были. И настоящие, и «куклы»."

"– Сволочь… Так я и знал. Запомни фамилию, капитан. Нурбагандов. Запомнил?

– Да. Я знаю эту фамилию.

– Его Стоянов «заказал».

– Вам?

– Нет, другому кому-то. Но я узнал об этом. Хотел деньги с него получить… для Лолиты. Не удалось. Потому и квартиру стал продавать. Помочь хотел.

– Вы его шантажировали? – догадался Доценко.

– Нет, в куклы с ним играл, – что-то похожее на злую усмешку искривило губы Парыгина. – Мы с тобой, капитан, в разных командах играем, и я тебе рассказываю это только для того, чтобы ты Аню с грязью не мешал. Я ваши приемчики знаю, на покойников все сваливаете, чтобы живым легче жилось. Не трогай ее, не пачкай ее память, я тебя прошу. Она хорошая девочка.

– Она убила Стоянова, – возразил Михаил. – Работники милиции видели, как она сталкивала его с высоты.

– Вранье… Я на камеру снимал, все видел… Аня только защищалась. Он первый начал. Платить не хотел…

Парыгину явно стало хуже, он дышал тяжело и прерывисто.

– Я позову врача, – решительно сказал Доценко.

– Не надо.