Не думала же ты, что я оставлю тебя без присмотра в незнакомой стране?

Маша удобнее устроилась в авто и, рассматривая мелькающие за окнами пейзажи, глубоко задумалась. Михаил наблюдал за ней в зеркало заднего вида. Она выглядела сосредоточенной и как никогда серьезной. Повзрослевшей, что ли. И дело вовсе не в макияже, который слегка потек от слез, при этом оставляя лицо девушки по-прежнему милым.

— Ты шпионил за мной? — спросила она после некоторых раздумий.

— Не совсем так, — Михаил отринул подобные предположения, хотя они были как никогда близки к правде. — Присматривать и шпионить — это разные вещи.

Я всего лишь хотел убедиться, что с тобою все в полном порядке. Ты одна в незнакомом городе, в новой стране. И именно я несу ответственность за тебя.

— Ну да, — согласилась Маша, не глядя в его сторону. — Ответственность…

Больше она ничего не спрашивала и долго ехала молча, рисуя на стекле пальцем лишь ей одной ведомые узоры. И лишь когда ее убаюкал рев мотора, она призналась, уже засыпая:

— Я постараюсь больше не влипать ни в какие истории. Чтобы тебе не пришлось за мной присматривать. И нести за меня ответственность…

Михаил прочистил горло, готовясь произнести речь.

Он вновь и вновь пытался убедить Машу в том, что он для нее некто вроде доброго дядюшки. Феи, подарившей ей билет в новую жизнь. Но она упорно не хотела принимать от него помощь. Пыталась быть самостоятельной, хотя и не умела. Пока не умела.

От Михаила ей было нужно совсем другое. То, что он не был готов ей дать. Ему было бы проще заключить брачный договор с невестой, отлично понимающей, что от него не стоит ждать чувств. С той, кто с радостью примет на себя роль красивой декорации и не полезет в его душу.

— Понимаешь… — начал Михаил.

Маша зевнула и, поджав под себя ноги, кажется, задремала.

Михаил не стал ее беспокоить.

Он вел машину очень медленно, словно оттягивая тот момент, когда Маша покинет его авто. И его жизнь. Он все еще наблюдал за ней: во сне лицо девушки вновь приобрело по-детски наивное выражение. И все же оно выглядело на удивление притягательным. Даже манящим. Эти слегка приоткрытые губы словно молили о поцелуе.

Михаил нервно сглотнул.

И с упрямством дикого барана стал смотреть на дорогу.

И только сейчас заметил, что везет Машу не в ее квартиру. А к себе домой. Он как раз подъехал к резным воротам особняка и остановился.

— Дьявол!.. — шепотом выдохнул он."

"Обернулся на Машу, но она все еще мирно спала, чему-то улыбаясь во сне. И не знала, какую оплошность совершил Михаил. Несколько слишком долгих минут потребовалось ему на то, чтобы решить, как поступить дальше. Конечно, он мог предложить девушке остаться. Все же она пережила тяжелую ночь и заслужила нормальный отдых.