Теперь девушка стояла перед ним совершенно обнаженная.

Михаил кашлянул, кажется, поперхнувшись слюной. Теперь-то он был уверен, что ему все это лишь видится. Настоящая Маша ни за что не пришла бы к нему в спальню. Она слишком наивна, неопытна и хорошо воспитана. Хорошие девочки, ярые христианки не приходят в спальню к одиноким мужчинам.

И, тем не менее, Маша стояла перед ним в чем мать родила. Голубоватый свет ночника подсвечивал ее кожу, делая полупрозрачной, сияющей. На фоне этой белизны карминово-розовые губы и соски казались особенно яркими. А распущенные шелковистые волосы подчеркивали этот великолепный ансамбль. У Михаила чесались руки собрать эту густую массу ладонями и отвести назад, чтобы ничто не скрывало сногсшибательную наготу.

— Я не уйду, — сообщила Маша, делая шаг ему навстречу.

Глава 14

Мария

Я согласилась на немыслимую авантюру. Шутка ли, соблазнить мужчину, особенно такого, как Михаил. Он и прежде был несбыточной мечтой всех девушек, а сейчас… Что я могла ему дать? Что предложить такого, чего нет у других?

Только себя. Всю без остатка…

Надев саму откровенную из сорочек, я вошла в его комнату. Здесь было тепло, но меня колотил озноб. Ноги, да и все тело стали какими-то ватными, не моими. Я двигалась, как сомнамбула, боясь только одного: грохнуться в обморок. Было так стыдно и страшно одновременно. Ещё никогда я не испытывала такого жгучего, как перец чили, стыда.

— Кто здесь?

Голос Михаила звучал, как всегда, уверенно. Он показался мне до того манящим, что преодолела смущение и сделала несколько шагов.

Не в силах смотреть ему в глаза, начала раздеваться, помня о том, чему учил меня Майкл. Но выходило совсем не так, как у девушек в видеороликах. Да-да, я все же разобралась с ноутбуком, который любезно предоставила мне помощница по хозяйству. И разобралась с ютубом. Но этого оказалось недостаточно. Слишком мало.

Движения мои были замедленными, нерешительными. Все, что я могла вызвать, так это жалость. О возбуждении не могло идти и речи.

Прежде чем отправиться в спальню Михаила, я долго и внимательно рассматривала себя в зеркале. И не нашла в отражении ничего такого, что могло бы вызвать у мужчины чувственный голод.

Михаил…

Он смотрел совсем не так, как мужчины в видеороликах. В его глазах не было и капли похоти."

"Когда он включил свет, я краем глаза глянула на него, пытаясь прочесть реакцию на моё представление. Он выглядел удивлённым. И… Было в его взгляде что-то ещё. Мне показалось, будто это ненависть. Его глаза расширились, рот приоткрылся и из него вырвался то ли вздох, то ли недовольно рычание.

Я бы не удивилась, если он задал мне порку и выгнал из своего дома. Ведь он уже ясно дал понять, что между нами ничего нет и не будет.

И все же я решилась на рискованный шаг.