Но три наряда, совершенно прозрачных, тут же отложила в сторону. Оставила только белую кружевную тунику, золотистые сандалии и шортики. Такие короткие, что вполне могли называться трусами.

В этот день я почти не выходила из комнаты. Вечером Эрика позвала ужинать, но напрасно я надеялась провести время с Михаилом. Он к столу не явился. Оттого даже великолепная еда показалась мне безвкусной, точно трава.

— Он всегда возвращается поздно, — заметила Эрика на мой опечаленный взгляд. — А уходит рано, часто не успев позавтракать. Приходящий повар оставляет для него еду в холодильнике, но почти все мне приходится выбрасывать.

— Как жаль… — сказала я, подавив горестный вздох.

— Может быть, теперь, когда ты здесь, он изменил привычкам? — предположила Эрика.

— Не думаю, — я покачала головой. — Скорее наоборот. Боюсь, пока я тут, Михаил вообще не покажется дома.

Разговаривая со мной, женщина специально старалась говорить четко и разборчиво, часто употребляя русские слова. И все же ее следующую фразу я не поняла. Что-то про Джека и Джилл. Кто это такие? Это сейчас я понимаю, что значит эта фраза: всякому Джеку суждена его Джилл. А тогда не могла взять в толк, какое отношение имеют ко мне эти неизвестные личности.

— Спасибо за наряды, — не забыла поблагодарить я. — Они пришлись как раз впору.

— О, это не меня надо благодарить, — отмахнулась Эрика. — А Михаила. Он позаботился и о твоей одежде, и о комфорте. Я купила только самое необходимое, но завтра мы сможем съездить в магазин и выбрать тебе все, что понравится.

Последнее было явно лишним. Михаил и без того потратился на меня. Мне совершенно не хотелось садиться ему на шею, тем более что я еще не знала, что будет с нами дальше. Если мне придется вернуться домой, то все купленное здесь точно не пригодится.

Утром я твердо решила отблагодарить Михаила. Так, как умела.

Вставать раньше всех для меня не проблема. Найти на кухне все необходимые продукты тоже труда не составлю. Я решила испечь оладьи — Миша их раньше любил. Об этом однажды упомянула Катерина, а я запомнила.

Пока готовила, я пела. По привычке тихо, чтоб не заметил отец, ведь попсу он считал недостойной слуха христиан.

Увлекшись, я не заметила, как в кухню вошел Михаил. А когда обернулась, увидела странное выражение на его лице. Он смотрел так, словно перед ним появился призрак. Рот его приоткрылся. Но это было то, что я увидела вначале. Когда же опустила взгляд, то заметила, что домашний халат Михаила распахнулся, обнажив мускулистую, поросшую темными завитками грудь.

Я нервно сглотнула.

Глава 10

Михаил

Он совершенно забыл о ее существовании. Но Маша напомнила о себе самым интригующим способом. Встав рано утром по привычке, Михаил принял контрастный душ.