– А потом смотреть – кого менять!"

"– Разбэромся! – зловеще пообещал Дато Сухумский, и это прозвучало, как угроза.

– Ты бы лучше, Дато, встал да уступил свою табуретку тому, кто постарше, – так же холодно сказал Мерин. – Это же не царский трон! И мы все тут равны, потому что это сходка, а не профсоюзное собрание!

Сухумский поиграл желваками: возразить было нечего, но и уступать он не собирался. Оставалось только отвернуться и промолчать.

– Давайте начинать! – сказал похожий на бульдога толстяк – «законник» союзного уровня из Москвы по прозвищу Дед.

Тут же вокруг сидящих на табуретках авторитетов образовался полукруг тех, кто был уполномочен судить и имел право голоса. Остальные играли подсобные роли. Несмотря на это, сам факт участия в сходке выделял их среди всех остальных бродяг, повышал их авторитет и приближал к верхушке криминального мира.

– Бродяги, идейные воры! – громко сказал Император. – Начинаем честный разбор! Много вопросов решить надо, а начнем с «правилки»[68], чтобы очистить наше братство от тех недостойных, двоедушных гадов, которые нарушают наши законы… Две предъявы у нас сегодня, и первая от саратовской общины к Шнопсу. Иди сюда, Шнопс!

Щербатый бросил окурок и, обойдя кострище, медленно вышел на середину поляны, оказавшись в середине полукруга.

– Кто из саратовцев предъявлять будет?

– Я, Челнок!

Вперед вышел верткий худой парень, судя по быстрым движениям и сторожким взглядам, которые он бросал по сторонам, – профессиональный карманник.

– В мае четверо наших пошли «на дело» и спалились. Трое пацанов загремели на кичу, а этого отпустили. Вроде на него показаний не было! – заводясь все больше и больше, заговорил Челнок. – Ну ладно, бывает! Потом летом ребята на «гоп-стопе» сгорели, а он должен был с ними идти, да не пошел: сказал – живот прихватило! Два раза такое втиралово не проходит!

– Да правда живот болел, падлой буду! – истерически заорал Шнопс. – Я не при делах! Совпало так! Совпало!

– Тебя не спрашивали, заткнись! – рявкнул Император. И обратился к обвинителю:

– Еще что против него есть?

– Там Волгарь ждет. Его послушайте!

Император сделал знак «гладиатору», тот нырнул в кусты и вывел на поляну невысокого кряжистого блатного, одетого по старой уркаганской моде, как Мерин: телогрейка, галифе с сапогами, на голове – маленькая кепочка.

– Привет честному обществу! – поздоровался он, неспешно обведя взглядом собравшихся. Чувствовалось, что он очень уверен в себе.

– Что знаешь, Волгарь? Говори, как на духу! – приказал Император.

– Я эту гниду с опером видел. Есть у нас такой Сатиков – еще тот змей… Они с ним в лесополосе чуть не в обнимку ходили…

Воры переглянулись, по их рядам прошел угрожающий ропот. Тучи над Шнопсом сгущались.