Я его честно взял на своем «деле», – ответил Студент. – Кого бояться?

Мерин пожал плечами и медленно двинулся вперед. К ним подбежал приблатненного вида оголец, покарябал обоих колючими глазами, сплюнул.

– На сходку? Вон туда идите, – грязный палец указал на узкую тропинку, идущую от лестницы вправо. – Там покажут.

И деловито добавил:

– С «перьями» и «волынами» нельзя. Если есть, где-нибудь здесь заховайте…"

"Они спустились по ступенькам, там переминался с ноги на ногу и нервно курил Жучок. Череп и Фитиль маячили в отдалении и старательно смотрели в другую сторону. Жучок отвел Мерина в сторонку, что-то пошептал на ухо. Губы «законника» зазмеились улыбкой.

– Пойдешь с нами. Будешь Знающим.

Жучок кивнул и двинулся следом за ними. Султан, Череп и Фитиль остались у невидимой границы, за которую вход охране был запрещен: там действовали законы сходки. Законы, в сущности, очень простые и понятные: на сходке все равны, каждый имеет голос и может высказать свое мнение, врать нельзя, решение принимается большинством, конфликты не допускаются… Как правило, эти законы выполняются, причем теми, кто систематически нарушает правовые предписания государства. Может, потому, что их нарушение карается обязательной смертью – никакие адвокаты тут не помогут, и помилований не бывает…

Студент шел впереди. На этот раз они двигались вдаль от поселка. Лес сгущался, все выше становился кустарник, под ногами хрустели сухие ветки, вокруг с тонким звоном вились комары, лезли в глаза, жалили открытые части тела. Студент то и дело хлестал себя по щекам. Сзади тоже раздавались хлесткие шлепки.

Они шли довольно долго, потом тропинка уперлась в овраг, здесь курил еще один мальчишка, он показал, куда свернуть, и тоже предупредил: «Дуры и пики нельзя»…

Обойдя зловонный, затянутый тиной пруд, ростовчане подошли к узкому проходу в высоком кустарнике, по обе стороны которого стояли широкоплечие гладиаторы[65], которые тщательно ощупали ростовских воров и хмуро поинтересовались, кто есть кто.

– Я Мерин, не узнаете, что ли?! – раздраженно буркнул старый вор, хотя уже давно исчез с криминального горизонта, почти не выезжал из Ростова, и, конечно же, современное поколение не знало его в лицо, да и некогда громкое прозвище помнили далеко не все.

Потом показал пальцами:

– Это Студент, ему предъявлять будут. А это Жучок, он Знающий.

Гладиаторы изобразили на кирпичных мордах почтение и кивнули.

– Мерин проходит к людям, Знающий идет вон туда, за кусты, надо будет – позовут, а ответчик – к кострищу, там уже ждет один…

Вслед за Мерином Студент вышел на мрачную поляну с пятном выгоревшей травы и черными головешками в дальнем конце. Здесь уже находились человек двадцать пять – тридцать.