Они могут уничтожить меня, если я стану сопротивляться. – Она судорожно вздохнула. – И я приму свою судьбу в случае необходимости. Хуже того, они могут убить тебя и отца – а я не допущу этого, чего бы это мне ни стоило.

Пол вскипел.

– Я ненавижу Бинэ Гессерит. Если бы я мог, я бы уничтожил этот орден.

Джессика хотела отчитать сына за дерзкое заявление, но внезапно ощутила холодок, вспомнив слова безумной Лезии.

– Они принудили меня к новому назначению, хотя я о нем не просила, и обещали, что если я выполню задание, мне, возможно, разрешат вернуться домой… – Она понизила голос и продолжила почти шепотом. – Если Лето все же примет меня.

– Мы примем тебя, – уверенно пообещал Пол.

– Мне надо идти, – сказала Джессика. – Не ослабляй бдительности. Берегись. Самая непосредственная угроза исходила от экстремистской фракции Ордена сестер, и я думаю, что теперь эта опасность устранена. Если мне удастся вернуться на Элегию тайком от Бинэ Гессерит, мы можем считать себя в безопасности.

– Элегия? Зачем тебе туда?

Джессика отвела взгляд, несмотря на темноту.

– Они послали меня туда. По крайней мере, виконт оказался добрым и порядочным человеком. Не волнуйся за меня. Я люблю тебя, Пол.

– Я тоже люблю тебя, мама, – сказал он. – Но у меня так много вопросов. Я…

– Пусть они пока останутся без ответов. Прошу тебя, верь мне. Я вернусь, как только смогу.

Она вышла в тот же проход, с ужасом ожидая, что сейчас сын последует за ней, но услышала лишь тишину и биение собственного сердца.

* * *Важная обязанность командира – заранее определить планы противника.

Древний тиран, имя которого утрачено для историиКогда Иган Саар вернулся на Гайеди Прим и представил отчет, Фейд-Раута точил свою коллекцию холодного оружия.

Он имел в распоряжении оружейников, способных выполнить эту простую работу, но доверял только себе, когда речь шла о надежности его ножей, кинжалов, шпаг и мечей. Здесь, в уединенном помещении, он любил вдыхать запах машинного масла и резкий аромат стали, заставляющий вспоминать атавистическое наслаждение запахом льющейся из ран крови врага. Он испытывал ни с чем не сравнимое ощущение, водя лезвием по точильному камню и наблюдая оттенки сияния остро отточенных клинков. Игана Саара с самого начала восхищала способность Фейда-Рауты вникать в детали.

Фейд приказал слугам доставить к нему порочного мастера меча, как только он прибудет, и уже некоторое время ожидал его. Наконец Саар стоял перед ним, приведенный в комнату четырьмя вооруженными гвардейцами. Глядя на лучившееся самодовольством лицо наемника, Фейд вдруг понял, что этот человек еще не знает о своей ошибке.

Если ничего другого не случится, Фейд порадуется и тому замешательству, в какое придет мастер меча, когда узнает неприятную новость.