— Вы на что намекаете? Расследование было проведено по всем нормам закона!

— Я ничего не имею против закона. Но я некромант. Дипломированный некромант на службе его величества короля и у меня есть право и возможность провести ритуал с призванием души и восстановлением порядка событий. — Дарен скрестил руки на груди. — Станете препятствовать? Если да, то я буду вынужден с соответственной просьбой обратиться уже к нашему милостивому королю и…

Канцлер устало упал на стул.

— Ну чего вы добиваетесь? Леди Вивиан все равно не имеет права наследовать имя и имение. Она…

— Я хочу правды и, кстати, вы же знаете закон, — улыбнулся некромант. Его немного забавляла эта ситуация. И господин Гермуд, который явно не желал огласки.

— И что с того, если я знаю закон.

— Так вот, в случае, если у лорда не будет наследника по мужской линии, то все имущество может перейти к последующим внукам от дочерей, если такие есть у почившего лорда. У нашего лорда Эванса три дочери. Но даже не это сейчас главное. Также закон жесток и справедлив, если сын убивает отца из-за наследства и этому есть доказательства.

— Намекаете, что молодой Эванс причастен…

— Это я и желаю узнать для своей, — Дарен прокашлялся, — для леди Эванс и ее дочерей. И вы мне дадите разрешение на проведение магического ритуала. Также я прошу присутствие свидетелей от канцелярии, чтобы все было по правилам.

Гермуд Крейн стиснул зубы. Еще несколько секунд он сидел, уперев руки на стол, а затем, в сердцах дернув головой, открыл один из выдвижных ящиков стола и достав бумагу, начал писать.

Глядя на действия канцлера, Дарен Дрейк улыбнулся и лишь когда на документе поставили печать, взял его, прочел и довольно произнес, глядя на Гермуда.

— Вот, господин Крейн. Можете, когда хотите, — после чего, откланялся и вышел вон.

— Я вам не желаю удачи, — буркнул в спину некроманту канцлер, но быстро опомнившись, прикрыл рот ладонью, памятуя о том, что с королевским некромантом лучше дружить, чем враждовать. Ведь никогда не знаешь, когда понадобятся его услуги.

* * *Пять недель прошли как целая жизнь.

Я получила от матери несколько писем, замок, наконец-то, избавился от назойливых гостей и жизнь потекла своим чередом, но уже не такая насыщенная, как прежде.

Но мне, что удивительно, нравилось. Хотя, что скрывать, я скучала. А порой, оставаясь одна, после занятий с детьми, сидя на широком подоконнике, смотрела в окно и думала о том, увижу ли еще когда-нибудь Дарена Дрейка.

Погода окончательно испортилась. Осень полностью вступила в свои права со всеми дождями, унылыми тусклыми днями, когда небо затянуто тучами и нет ни единого проблеска солнца.