В тишине мы шли не больше минуты, пока наконец Владимир не выдержал:

— И как впечатления, Алексей Александрович? Вы же это со мной хотели обсудить?

Я хмыкнул:

— На самом деле, батюшка, обсуждать свои впечатления я с вами не собирался. — И, заметив удивленно поднятую бровь своего собеседника, продолжил: — Обсуждать мои впечатления мы с вами будем после успешного завершения операции, а сейчас мне бы хотелось привести вас в оптимальную форму, чтобы эта самая операция действительно завершилась успешно.

Бровь церковника изогнулась еще сильнее, но от комментариев он воздержался.

Я же нырнул в темп и мысленно пожелал потускневшему доспеху батюшки посветлеть.

Буквально через несколько секунд серое лицо Владимира налилось здоровым румянцем, сам батюшка часто задышал, а его потускневшие глаза засветились изнутри.

— Спасибо, Алексей Александрович, — он чуть ли не подпрыгивал на месте, — дайте мне пятнадцать минут, и я буду готов продолжить движение.

— Десять минут, — улыбался я. — У нас график.

Прохладительные напитки на ваш вкус будут ждать в машине. И еще, батюшка, всю оставшуюся дорогу до конечного пункта назначения обеспечением нашей безопасности буду заниматься я, так что отдыхайте и копите силы — не дай бог они нам понадобятся.

Когда мы выехали обратно на трассу, Валера как бы между прочим заявил:

— Батюшки, если тебе интересно, постепенно вливаются в наш тесный коллектив, — он покосился в мою сторону. — Сначала они нас как-то сторонились и валькирий тоже, а вот теперь… — Дворцовый, как и в прошлый раз, изобразил рукой что-то непонятное.

— Короче, Алексей, ты понял.

— Ага, — кивнул я. — Этого следовало ожидать, тем более им все равно некуда деваться…

* * *

Король Франции, просмотрев запись с пограничного поста «Ментон», вернул планшет Бланзаку и буркнул:

— Никаких дополнительных мероприятий по усилению режима не проводить, только время и ресурсы зря потратим. Записи со всех камер изъять и засекретить, дисциплинарных мер в отношении пограничников и таможенников не принимать.

За постом установить дистанционное наблюдение и по возвращении принца с территории Италии доложить.

— Будет исполнено, государь…

* * *

Старший внук короля Италии все никак не хотел успокаиваться:

— Деда, это нельзя так оставлять! Даже Романовым подобное не должно сойти с рук! — Молодой человек вскочил с дивана и заходил по гостиной. — А если Алексей в Генуе что-нибудь…

— Сядь! — рявкнул король и указал внуку на диван.