Полный покой, когда на самом деле мне хочется заорать. Халид молодец, как просто он смог вывести меня из равновесия.

Что это было? Проверка для меня? Для его людей? Посмотреть, кто и как будет реагировать на произошедшее? Или мужчине нужно было залечь на дно подобным способом?

Меня потряхивает, будто только что всю душу разворотили. На самом деле, так и было, без преуменьшения. У меня ощущение, что я только что потеряла всё.

Снова.

– Ада.

Мне жаль, что предохранитель в пистолете автоматический. Не будет щелчка, показательного движения большим пальцем. Чтобы напугать, заставить волноваться.

Как Халид меня.

Горло сдавливает пальцами, а в душе… Не пустота, бездна.

– Твой помощник облажался, - опускаю пистолет, поворачиваясь к Луке. Цепляю ткань его футболки, вытираю свои отпечатки. – Больше не теряй. Мне пора к Янару и…

– Ты останешься. Просьба, - Кемаль поднимает руки в ответ на суровый взгляд Халида. – Я присмотрю за мальчишкой, а что-то подсказывает… В общем, мы с Лукой удаляемся.

Я прислоняюсь спиной к стене, смотря перед собой. Не моргаю, потому что иначе расплачусь. а я не плачу, не умею. Забыла, что это такое и зачем нужно.

Тем более, Халид не достоин моих слез.

Нет.

– Что ты устроила, колючка?

– Развлекалась, - сжимаю челюсть, пока зубы не начинают ныть от тупой боли. Лучше так, чем показать свою слабость. – Ты, очевидно, тоже.

– Ада, не еби мне мозг сейчас. У меня хватает других дел.

– Конечно, прости, что отвлекла.

Что я загибалась от боли, думая, что ты умираешь.

Сукин сын.

Ждал меня, наслаждался. Надеялся увидеть мои эмоции или сломать? Устроил проверку, чтобы понять, как я отреагирую? Что именно? Зачем?

Осматриваю мужчину, натягивая самое стервозное выражение лица.

После меняю на безразличие. Мне плевать, Халид, видишь? Плевать, к чертям собачьим тебя!

А то, что я не была уверена, как без тебя дышать – пустяки, никому не стоит знать.

– Господин Халид, - один из врачей выглядывает. – Вам нужно вернуться, мы не закончили.

– Я сам знаю, что мне нужно.

– Швы разойдутся, если вы…

– Значит, херово у тебя руки растут, если разойдутся!

Врач бледнеет и я, кажется, тоже. Цепко осматриваю Халида, ищу любое изменение. Бледный? Лишь чуток, на загорелой коже и не видно особо.

Уверенный, с прямой спиной и без следа чего-либо.

На мужчине обычная футболка, без следа крови. Ничего с ним не произошло. Но… Какие швы тогда? О чём говорит врач, которого начинает трясти от взгляда Халида?

Слабак.

– Я расскажу, что тут натворила, - предлагаю, сжимая пальцы в кулак за спиной, успокаиваюсь. – А ты доделаешь то, что необходимо.

– Решила ставить мне условия?"

"– Просто предложила, - Халид кивает мне на вход в операционную. – Там разве не стерильно? Я не…

– Не неси чушь, Ада.