А как приручать – хер его знает. Как с диким животным, которое может броситься в любой момент.

Только дикое животное можно пристрелить, а Аду – пусть глотку перегрызет, а не отпущу. Осталось только найти нужный подход. Чтобы и девушка перестала носом крутить, и не размякнуть.

– Поняла. Так, мы идём ужинать или у тебя дела?

– Дела. Но идём, - поднимаюсь за девушкой, притягиваю к себе. – Ты говорила Янару кто его отец?

– Ну… Не особо, эта тема не поднималась настолько сильно. И… Сейчас я не говорила, что ты его отец.

– Правильно. Не следует пока знать.

– Думаешь, нужен ли тебе внебрачный сын?

Ада кусается по привычке, защищая себя и пацана.

И сейчас это неприятно колет осознанием, что она видит опасность во мне. Пытается отодвинуться, включить характер.

Закоренелая привычка, которая сидит в ней глубоко.

И которую мне хочется убрать.

– Думаю, что Янар может в неподходящий момент назвать меня отцом. Не стоит рисковать, пока я в очередной раз не проверил всю охрану.

– Хал, ты привез меня в дом, где не уверен в охране?! Черт, плевать на меня. Ты сюда сына притащил!

– Уверена, что в городе было безопаснее? Здесь крепость, Ада.

Но всегда может быть опасность, которую не видишь. Лука проверит всех, повторно. И тогда буду думать, как вас прятать. И нет, - разворачиваю к себе девушку за плечи, ловлю злые огни в глазах. – Не потому, что хочу скрыть вас и жениться на Турай. Но мне нужно обезопасить свою семью максимально, без подвохов.

– Я… Не понимаю. То есть, протокол безопасности и всё такое – я знаю почему это нужно. Но не представляю, как ты собрался это организовывать. Мы возвращаемся к прошлому варианту? Я живу отдельно, а ты приезжаешь время от времени?

– А ты хочешь видеть меня чаще?

Ада вспыхивает, кусая губу от злости.

Отворачивается, быстрым шагом направляясь к столовой. Почти что пыхтит от того, что я поймал её на такой мелочи.

Но с каждой минутой она упрямится всё меньше, фыркает для вида. И мне это нравится. То, чего в девушке не было раньше. Смирение? Новая игра? Ничего из этого, но заставляет идти на уступки.

Она – мне, я – ей.

– Милый, - Ада о чем-то болтает с сыном, улыбается широко. Мне так никогда не улыбалась. – А что ты тут…

С сыном, бля.

Моим сыном.

Торможу возле дверного проема, не могу вдохнуть даже.

Пуля в самое сердце, перед этим пробившая легкие. Так, чтобы добить наверняка, без шансов выжить.

Янар мой сын.

Не новость уже сколько времени, а при это… Блядь, у меня сын. И Ада скрывала его столько времени, прятала. Защищала, переживая, что я смогу навредить.

Сжимаю челюсть до тупой боли в зубах, чтобы перестало так крыть. Но не помогает. Ада треплет волосы мальчишки, прижимает его к себе. Янар её точная копия, те же глаза и кудряшки, тот же хмурый взгляд.

Янар Халид Гонсалес.