Какого хера я спрашиваю спустя несколько часов, а у тебя ничего нет? Лука, в последнее время ты хреново справляешься. Аду найти не мог, сейчас опять какие-то вопросы. Если ты так пытаешься на моё место метить…

– Халид, мне прекрасно на своём месте. Выше меня только ты и Цербер, - помощник усмехается, падая в кресло. – И проблем у меня гораздо меньше.

– Как и власти.

– Власть в могилу не унести. Тебя пытаются убить круглосуточно, меня – ни разу не трогали. Не потому что я крот или не попадаюсь на глаза. Я не настолько значим. Поэтому… Моя должность – моя, выше я не мечу.

– Тогда объясни, почему у тебя в разработке один Ян? Который чилит в больнице?

– Потому что к нему наведывалась Арабина.

Явно не девочек для досуга приводила. И с ней же встречалась Ада. Имена остальных подозреваемых не меняются, Халид. Одни и те же. По ним информация собирается фоново, всегда.

– Мой брат чем сейчас занят?

– Саид вылетел в Грецию из страны. Ищет ту дев… девушку.

– А мы?

– Мы прочесываем Европу. Она бы не стала рисковать с Грецией, если Саид ищет её столько лет. Найдем раньше него и используем.

– Свободен.

Найти ту девку, за которой гоняется брат – отличное решение.

Если он пришел шантажировать меня Адой, то я отвечу тем же. Никогда не понимал решение отца откреститься от Саида.

Сделать вид, что внебрачных детей в нашей семье не бывает. Его ошибка, за которую теперь платить мне. Саид с нашей кровью, и этого не отнять. Всегда будет рваться к власти. И не получив её изначально, теперь становится неконтролируемым.

– Войдите.

Отвлекаюсь на стук в дверь, захлопывая ноутбук. Поставки оружия могут подождать и до завтра, вопрос на таможне давно улажен. А мне нужно расслабиться. Например, вернуться к Аде.

После оргазма кто-то становится невероятно мягким. Ластится, прячет коготки. Домашняя кошечка, которую хочется ещё и ещё. Пока окончательно не подохну.

–  Халид, - Ада мнется на пороге, но затем уверенно заходит внутрь. – Ты хотел поужинать с Янаром. Яном, - поправляет сама себя, а я усмехаюсь. – Что смешного?

– Что ты так упрямо называла сына сокращением, а теперь сама следуешь моему примеру.

– Ничего я не следую, ты… В общем, ты занят или найдешь время для сына?

Усмехаюсь ещё шире. Ада сейчас выглядит недовольной женушкой.

И это, к удивлению, совсем не бесит. Потому что непривычно её видеть такой. Дерзкой, но со срезанными углами.

– Иди ко мне, колючка, - отъезжаю на стуле, хлопаю по бедру. – Я жду.

– Я тебе не собачка так бегать, понял меня?

– Куда уж понятней, милая. Но подойдешь и мы всё обсудим.

– Ладно, - фыркает, без жалости падая на меня. Так, что рана в боку начинает тянуть. – Черт, больно?

– Ни капли. Так что за внезапная претензия?

Девушка хмурится, пока я убираю волос с её лица. Касаюсь пальцами искусанных губ, улыбаюсь.