Ясно?

– Трахаться тоже нужно было научиться?

– Нет, - мотаю головой, сильнее сжимаю руки. Я пыль по сравнению с силой Халида. Но он не спешит избавиться от меня. – Тебе я досталась полностью невинной. Ну, кроме поцелуев. Но… Минута, не больше. И это было... Фу.

– Зачем?

– Потому что я полный ноль во всём, что касается поцелуев? Что… Халид, я не была святой. Можешь убить за это меня, не кого-то другого. И я, - долгий вдох перед правдой. – Крутилась в тех, кругах, где не стоило. Мне нужна была информация, я была готова выбивать её любым способом. Я ведь встречалась с Лукой, помнишь?

– Да.

Но не помню, почему оставил его в живых.

– Из чувства жалости? Что забрал его невесту?

– Ты не была его невестой. Пустой звук, чтобы покрасоваться передо мной. Молокосос понял, что ты привлекла моё внимание.

Халид резко разворачивается, не успеваю даже среагировать. Оказываюсь в его плену, сжатая тисками. Разглядываю мужчину, поражаясь. Ему только что заштопали рану, а хоть бы хны.

В детдоме приходилось так же. Не жаловаться, не страдать. Часто с Яном перевязывали царапины своими бинтами, которые приносила тетя Катя. И не ходили к медсестре.

Кажется, что в приют набирали по одному требованию: быть конченым садистом.

Но там у нас не было выбора.

У Халида… Видимо, его тоже нет.

– Потому что, Ирада, - родное имя ранит хуже всего. – За свою невесту бьются до конца, а не легко уступают.

– Лука думал, что я принесла прослушку. Я сама так сказала, помнишь?

Чертов жучок, подброшенный какой-то девкой, послужил причиной краха. Я сама виновата, расслабилась. И с Халидом вечно ошибалась. Но именно тот момент, когда в моей сумке нашли прослушку – послужил причиной всего.

– Поебать на это.

Он должен был забрать тебя и наказать сам. Без меня в качестве посредника. А Лука этого не сделал. Его ошибка.

– Ты бы его убил, Хал. Не забывай, что власть в этом городе у тебя. Легко быть смелым, когда подчиняешься сам себе.

– Я бы никогда не стал Цербером, если бы следовал всем приказам. И не отвечал за свои решения.

– Как ты выбрал это имя? В каком смысле «стал»?

– Слишком много вопросов, Ада.

Что-то вертится на задворках сознания. Пытается подкинуть идей, раскрутить вопрос. Добраться до того, что царапает изнутри. Вот только не получается.

Ладони Халида сжимаю мои ягодицы, мнут, пока тело не начинает отзываться. Мелкой дрожью, когда волоски на теле становятся дыбом. От этого собственнического жеста.

– Потом, Ада. Сейчас, как обещал, буду наказывать.

Сомнительные способы, не совсем мотивируют вести себя правильно.

Но в момент, когда горячее дыхание касается губ, мне уже плевать.

– Халид, стой, - прошу, а сама отвечаю. Касаюсь его лица, ребер. Намеренно надавливаю на рану, вызывая звериный рык. – Подожди.

Касаюсь, каждой клеточки.