Он нервно переминался с ноги на ногу. Ему было не по себе.

Так всегда, когда сначала думаешь, что тебя не видно, а оно оказывается ровно наоборот.

Взгляд стал моим психологическим оружием.

— Полминуты, — напомнил я. — Я не посмотрю на то, кем ты являешься и кто твой отец, — а вот следующее слово я отчеканил: — Лжец.

Минута прошла.

Я резко рванул в сторону, давая лабиринту команду открыть проход. Стена с дырой стала быстро отъезжать в сторону.

Враги этого не ожидали. Я застал их врасплох.

А у же в следующий момент я с одной стороны, и Пёс с другой ворвались в главный зал лабиринта.

Напротив Пса оказался мускулистый коренастый мужик, с разрисованным татуировками лицом. Тату засветились, как только этот здоровяк сшибся с Псом. Они сошлись в обмене жёсткими ударами.

А я же налетел на второго. Более ловкого, с острыми стальными когтями на кончиках пальцев. Шустрый, зараза. Я успел нанести ему два удара в первую же секунду. Но его кожа покрывалась металлом, как только к ней приближался мой кулак.

Но закончили всё равно быстро. Я просто подсёк ему ноги, а затем ударил бирюзовым туманом в энергетически активную точку. Оглушил.

Пёс же свалился со своим противником на пол, барахтаясь как сцепившиеся за территорию коты. С криками, рыками, матами.

А я моментально переключился на последнего.

Молодой совсем…

Паренёк. Напряжённый, как натянутая струна. В руках у него клубилась сфера стихии тьмы, из которой то и дело показывались оскалившиеся головы змей, ящеров и прочих гадов.

Он уставился на меня. Лишь изредка стрелял глазами на лежащего рядом со мной оглушённого мага металла или на барахтающихся в стороне Пса и его противника.

Цугундер без чувств лежал в стороне. Связанный по рукам и ногам.

— Ну что, будешь усложнять себе жизнь или как? — спокойно спросил я у паренька.

— Я хотел поговорить! — начал оправдываться он. Но голос был хорош. Сильный.

— Разговор не начинают с пленения моего человека, — я качнул головой на Цугундера.

Тем временем Пёс взял своего противника в удушающую «гильотину». Кожа его самого была сильно обожжена сразу в нескольких местах."

"Паренёк уже видел, что проиграл. Его глаза предательски посматривали на ближайший коридор. Пока я не закрыл его мысленным приказом лабиринту.

Я добавил:

— Ты проиграл. Признавать поражение — надо уметь.

Он поджал губы.

— Уваровы не поигрывают, — и тут же насупился, с шумом выдохнув воздух. Собрался с силами! Он закричал. Видимо, чтобы придать себе уверенности и выпустил на меня свою тёмную сферу.

«Северный Ход» отправил его далеко наверх, за пределы лабиринта. А у парниши глаза чуть на лоб не вылезли.

А вторым «Северным Ходом» я телепортировал его к себе на расстояние вытянутой руки. И тут же опрокинул на пол, одновременно вгоняя в его грудь бирюзовый туман.