Почти все стволы были заняты уничтожением основной орды, так что нам предстояло с ними расправиться.

Я перехватил меч и встретил первого размашистым ударом. Клинок прорубил плоть, но лишь нанёс рану, поэтому пришлось насадить вторую тварь на ледяной кол, выросший прямо перед ним, и добить первую уколом в голову.

Хидзаши и Глебов тем временем тоже схлестнулись с другими демонами. Глебов показывал себя отличным бойцом, который способен сражаться даже после долгой и утомительной битвы. Ему даже пришлось использовать обычный кристалл, потому что родовое кольцо полностью разрядилось во время отражения предыдущих волн нападения.

Это, надо сказать, удивляло. Дело в том, что маги не могли пользоваться магией сколько вздумается.

Для меня это было некоторым сюрпризом, потому что моя способность к сопротивлению, как выяснилось, позволяло перегонять через себя огромные объёмы магии. Но для прочих уже после одного мало-мальски качественного кристалла это давалось с трудом. Обычно силы мага заканчивались как раз с запасами энергии в родовом кольце.

Да, Андрей Фёдорович оказался крепким орешком. Но и его предел, похоже, наступил.

Отразив атаку одного ёкая, он вдруг скривился в гримасе боли и сбился с ритма. Тут же получил удар от второго противника, который разбил щиты, и кубарем покатился в сторону.

Ёкаи ринулись добивать его, но тут уже подоспели мы с Хидзаши. Вклинились в последний момент, не позволив когтям тварей разорвать капитана, и отшвырнули их магией. Хидзаши кинулся добивать, а я поднял Глебова и повёл к редутам.

— Грха! — рвано выдохнул он, следуя за мной. — Треклятая магия!

Я чувствовал скверну, окутавшую его с ног до головы. Вот в чём дело. От тёмных ёкаев исходила их магия. И, хоть этот эффект был несравним с кристаллами, за всё время Глебов «нажрался» скверны, и та наконец дала о себе знать.

— Ею тоже займусь, но позже, — обещал я. — Сейчас сидите внутри и не высовывайтесь!

Похоже, капитана действительно любили его солдаты. Ворота укреплений отворились, наружу выбежали сразу несколько бойцов. С учётом близости тварей, это было действительно рискованно.

Они перехватили своего командира и тут же ринулись обратно, а я развернулся и как раз подловил одну отбившуюся от стаи тварь.

Что ж, и без Глебова справимся. Так даже веселее!

Орудия громыхали, ало-багровые облака оседали на выжженном поле, ветер поднимал их и нёс в нашу сторону. Смесь металла с керосином оседала на зубах, но, кажется, я уже привыкал к новым вкусовым ощущениям.

Меч прорубил костлявую голову тёмного ёкая, и тот вспыхнул, исчезнув с поля боя.

Вот только когда-нибудь он вернётся в Исток, переродится и снова ринется на редуты. Надо с этим что-то делать.