***— С тяжелой артиллерией, значит, пожаловала, — шмыгает носом и отступает от двери, — ну что ж, заходите.

Я захожу в ее квартиру с опаской. Мне нечего бояться, со мной подруга и Карпов, на которого можно положиться, но все равно страшно. Душа сжимается от дурных предчувствий.

— Чай? Кофе? — спрашивает хозяйка. Она напряжена, руки дрожат, и каждое движение с надрывом.

— Спасибо, не надо.

— А я не откажусь, — прохладно улыбается Алиса, — черный, без сахара."

"Ольга цепляется за нее взглядом и тяжело сглатывает. Достает одну кружку, молча наливает кофе и отходит к окну.

— Давайте уже. Спрашивайте.

— Сообщение, которое ты мне прислала вчера. О чем оно?

— Да о Зойке этой полоумной, — неожиданно зло выдает девица, — неужели не понятно? Она совсем с катушек слетела, а мне теперь из-за нее расхлябывай.

— Подробнее, что именно придется хлебать, — невозмутимо спрашивает Карпов, облокотившись на стену.

Ольга бросает на него сердитый и одновременно затравленный взгляд:

— Все. Придется хлебать все, — разворачивается ко мне, — Да. Тогда тоже была я. Она просила, чтобы я ей подыграла с аллергией, я ей подыграла.

— Зачем?

Я уже знаю ответ. Он все это время был на ладони, просто я предпочитала запихивать голову в задницу и не замечать очевидных вещей.

— Время. Зайке нужно было время, чтобы подольше задержаться в городе.

— Зачем?

— Планы у нее были наполеоновские, — хмыкает Рябова, — на добро твое. На деньги… На мужа. Она с ним любовь собиралась закрутить. И насколько мне известно, закрутила. Мои соболезнования.

Ей не жаль. Ей глубоко плевать и на меня, и на моего мужа, и на то, что у меня семья полетела псу под хвост из-за племяшки.

— И ты ей в этом помогала? — спрашиваю, не скрывая горечи.

— А что бы и не помочь. Подруги как-никак. Тем более она потом обещала мне с жильем подсобить. Ну после того, как тебя мужик бросит и все к ней перейдет.

Меня будто мешком пыльным по голове огрели. Каждое слово — гвоздь в крышку гроба, на котором будет написано «сдохшая в тяжких муках наивность тетушки Милы».

Пока я скакала вокруг Зайки козочкой и старалась ее радовать то подарками, то сюрпризами, она смотрела мне в глаза и планировала все это?

— Мил, присядь, — Алиса силком усаживает меня на стул, — если не успокоишься, я выведу тебя отсюда и отправлю в больницу на сохранение!

От этих слов Ольга морщится, будто съела кислый лимон:

— Про тебя она тоже говорила, — кивает Алисе.

— Дай угадаю… заносчивая надменная тварь, которая не прогнулась под бедную девочку и не приняла ее в свои теплые объятия?

— В точку! — смеется Рябова, — просто стопроцентное попадание.

— Раз ты ей так стремилась помочь, зачем сообщение прислала? — подает голос Карпов.

— У Зойки кукуха поехала.