— Будь это кто-то другой…Но это Зоя, в ней Мила души не чает, они как сестры, подружки, не разлей вода всегда были. И она девчонка еще совсем…

Стеф выразительно вскидывает брови, и я чувствую себя еще большим идиотом, чем прежде.

— Думаешь, опоила?

— А давно ли ты стал калдырить так, что жену узнать не в состоянии? — он вытягивает телефон из заднего кармана брюк, — дайка адресок этой волшебной племянницы, а заодно ФИО, чтобы больничку пробить.

Меня потряхивает, когда сообщаю информацию. У Стефа чутье волчье, если решил помочь, значит что-то есть.

Глава 21

Прихожу в себя на полу.

Сижу, привалившись спиной к одной стене, взглядом упираюсь в противоположную. Сердце еле бьется.

Взгляд на часы — прошло всего полчаса с того момента, как Вадим увез Зайку, а кажется, будто я уже десяток лет прожила и безнадежно состарилась.

Больно. Но это еще цветочки. Основная боль спряталась за апатией, которая меня накрыла после таблеток. Когда их действие пройдет, меня вывернет наизнанку, переломает все кости, не оставив ни одной целой.

Я не хочу в этот момент быть одна, поэтому звоню Алисе.

Она отвечает не сразу, а когда раздается ее голос, на заднем плане играет плавная музыка.

— Привет, — улыбаюсь деревянными губами, — чем занимаешься?

— На тренировке. Решила постичь таинство йоги. Запуталась в морской узел и теперь думаю, как распутываться обратно. А у тебя что? Звучишь грустно.

— А мне Вадим изменил.

Вслух эти слова звучат отвратительно. Она мертвыми кирпичами падают на пол, добивая остатки моей выдержки.

Он предал меня. Они предали меня! Те, кому я беззаветно верила. Те, кого я любила больше, чем саму себя.

— Это такая шутка? — в голосе Алисы неприкрытое замешательство, — или…

— Или, — сиплю.

Не справляясь с голосом.

— Так…так! — у нее что-то падает, — завари свой самый вкусный чай.

— Я не хочу чаю. Я ничего не хочу, — закрыв глаза ударяюсь затылком по стене. Потом еще раз, — ничего.

— Заваривай, — командует подруга, — я сейчас приеду.

— Хорошо.

Только благодаря тому, что у меня есть задание, я поднимаюсь с пола. Придерживаюсь за стену, потому что мотает как пьяную. Каждый вдох — раскаленным железом по легким, и зубы стучат так громко, что слышно на весь дом.

Предатели! Ненавижу.

Перед глазами зареванное Зайкино лицо сменяется ошарашенной, откровенно испуганной физиономией Вадима. Что? Не ждал заец, что так быстро со своей зайчихой допрыгается?"

"Боже, как же противно! До тошноты!

Меня действительно тошнит, и я бегу в туалет, чтобы склониться над унитазом. Меня полощет так сильно, как еще ни разу не полоскало за все время беременного токсикоза. И с каждым спазмом кажется, что вот-вот и душа вывалится наружу.

Чай я все-таки завариваю. Ставлю на стол чайник и красивые чашки.