И четко чувствовала момент проигрыша… Она встала:

– Мне не страшно, если ты хотел меня напугать. Так подумай над тем, что я сказала, а потом позвони, будь добр, и скажи, что все в порядке – так будет лучше и тебе, и мне. Чао, дорогой! – Она, обойдя стол, потрепала Малышева по волосам и вышла из кабинета, прикрыв за собой дверь.

Хохол поднялся навстречу с дивана в приемной, но Марина не заметила этого, вылетела из здания на улицу и от злости засадила сапогом по колесу ""Хаммера"".

– Ты что? – перехватил ее за руку Женька, разворачивая к себе лицом.

– Что случилось?

– А вот что. Мой дорогой Малыш решил поставить меня на место и объяснить, что не все в этом мире мне подвластно, и особенно – его светлость. Но хрен-то я отступлюсь! Хочет войны – получит, – сверкнув глазами, прошипела Коваль.

– Киска, родная, опомнись! Не связывайся с ним, он не зря ездил к Бесу, вот гадом буду – не все так просто, просчитал он все, прежде чем на тебя наехать…

– Да мне все равно – пусть за ним тридцать Бесов встанут, я не отступлюсь!

Хохол только головой покачал, зная, что бесполезно говорить что-либо, когда Коваль уже все для себя решила.

Она велела Юрке ехать в офис ""Строителя"", собираясь лично убедиться в том, что все нормально, и обсудить проведение банкета по случаю выполнения задачи, поставленной на сезон. Колька не ждал ее появления, растерялся и забормотал что-то, но Марина засмеялась и небрежно обняла его за талию:

– Расслабьтесь, господин директор клуба, я заехала по делу, а голову я тебе и дома могу оторвать.

– Извини меня за утренний разговор, ладно? – Племянник тоже обнял ее и виновато посмотрел в глаза. – Я иногда такое несу – сам удивляюсь…

– Ладно, проехали, – согласилась Марина. – Но запомни: пока я тут президент, соваться буду туда, куда посчитаю нужным, и тебе придется это терпеть. Что с банкетом?

– А что? – не понял Колька.

– Ну, где, сколько, кого позовешь? Определился, господин директор?

– Да пока рано еще…

– Ой, не кокетничай, Коля, не люблю. Сделаем так – выбирай любой клуб на свой вкус, и он ваш на ночь, считая с семи вечера.

– Мариш, а ты сама куда хочешь?

– Коля, я приду туда, куда будет нужно, поэтому на меня не ориентируйся, мои вкусы разнятся со вкусами рядовых граждан, ты ведь знаешь.

– Да уж! – засмеялся племянник. – Ты у нас девушка оригинальная! Я могу рассчитывать, что на банкете ты со мной потанцуешь?

– Это не ко мне вопрос! – подмигнув, она указала глазами на Хохла, развалившегося в кресле перед телевизором.