— Тебе нужно так много времени? Где ты обитаешь? В Минске или в Варшаве? А может, в Челябинске?

— Какое тебе дело? Говорю, буду у тебя через два часа. Можешь приготовить мне теплую встречу. Надеюсь, кофе твой секретарь сумеет мне сделать. И не бойся, ничего другого я не попрошу. Ты ведь иногда этим балуешься.

Костиков почувствовал, что краснеет. Этот негодяй знает о его личной жизни гораздо больше, чем может узнать кто-либо. Положив трубку, он вызвал своего секретаря. Девушка вошла в кабинет.

— Ты уволена! — крикнул Костиков. — Прямо сейчас!

— За что? — спросила ошеломленная секретарь.

— Вон отсюда! — закричал он. — И позови на свое место Валентину Федоровну из планового. Сколько ей? Уже пятьдесят? Или больше? Вот пусть она здесь и сидит. А ты пошла вон.

Девушка вышла из кабинета вся в слезах.

«Дура, — зло подумал Костиков, — рассказывает о наших отношениях кому попало. Даже бандиты знают, что она делает у меня в кабинете. И такую идиотку я держал при себе!»

Когда через два часа появился Знахарь, в приемной сидели Валентина Федоровна и трое молодых людей. Знахарь пришел один. Его долго и тщательно обыскивали, проверяли металлодетектором.

Но он был чист. Знахарь вошел в кабинет и без приглашения уселся в кресло, стоявшее в углу, словно уже много раз входил в этот кабинет.

— Кофе или коньяк? — любезно спросил Костиков.

— Кофе. В моем возрасте нельзя злоупотреблять алкоголем, — пояснил гость.

— Валентина Федоровна, сделайте нам два кофе, — приказал Александр Викторович, проходя к другому креслу.

— Сменил секретаря? — добродушно осведомился Знахарь. — И напрасно. Она ничего не говорила. Я просто догадался. Ты у нас человек холостой, горячий, относительно молодой, любвеобильный.

А она девушка красивая. Вот я и решил, что ты требуешь иногда от нее и другие услуги. Или я ошибался?

— Давай по делу, — предложил Костиков. — Что значит двадцать процентов? Я ничего не понял.

— Двадцать процентов — это один из пятерых, — пояснил гость, — один из тех, кто тогда с тобой ехал в поезде.

— Откуда ты знаешь, кто тогда был с нами в поезде?

— Ненужный вопрос. Я все знаю. Иначе не получал бы такие деньги.

— Кто именно? — спросил Костиков.

В этот момент Валентина Федоровна внесла поднос с двумя чашечками кофе, сахарницей, небольшой вазочкой с печеньем.

Поставив все на столик, она быстро вышла.

— Его назвают Коржем, — пояснил Знахарь, — мелкая сошка. Был на подхвате. Я думаю, что именно он твои чемоданы ловил, когда их из купе выбрасывали на переезде.

— Не понимаю. Значит, их было пятеро?

— Если не считать самого Факира, то четверо. Включая дамочку, которая тебе так понравилась.

— Как ее настоящее имя? — спросил Костиков.

— Зачем тебе ее имя? У них обычно только кликухи.

— Я хочу знать ее имя.

— Оля.