Конечно, она понимала, что Марк говорит о матери Кости и Юли, своей старшей дочери.

— Я был упрямым и гордым, и она не смогла меня простить. Теперь я есть, а ее нет, и знаешь, я каждый день о ней вспоминаю. Это тяжело, прожить жизнь без любви всей своей жизни. Вот только я слишком поздно это понял. Будь мудрее меня, девочка, не позволь вашим отношениям стать привычкой.

— Но как?

— Просто. Тебе надо стать для него незаменимой. Он должен гордиться тобой, советоваться с тобой, восхищаться тобой. И даже ревновать. Для этого не обязательно давать повод, с головой хватит того, что тебе вслед будут оборачиваться другие мужчины. Я знаю своего сына, этого вполне достаточно.

«Чтобы он бесился, да. Я это и сама знаю».

Ольга осознавала, что Марк сейчас незавуалированно делится с ней собственным опытом, и это было особенно ценно. Пускай и не все для нее приемлемо. С другой стороны, он и в самом деле лучше знал своего сына.

— А вот здесь не понимаю, — честно призналась она. — Как он может гордиться мной, если я сижу дома с детьми?

— Это тоже предмет гордости для него на сегодня, — пояснил Марк. — Но, когда девочки подрастут, тебе нужно будет сопровождать его на приемы и рауты. И это очень большая ответственность, Оленька.

— С этим не ко мне, — решительно тряхнула головой Ольга, — я в этом совсем не разбираюсь.

— Значит, научись. И главное, Косте об этом знать вовсе не обязательно. Пускай думает, что все идет само по себе.

Оля замолчала, озадаченная. Легко сказать, научись!

— От тебя ведь не убудет? — вкрадчиво спросил Марк.

— Нет, — она задумчиво покусала губу. — Вы думаете, для Кости это так важно?

— То, насколько ты будешь блистать — нет. Но то, что ты сделаешь это для него — очень. Понимаешь?

— Стараюсь, — честно призналась Оля.

— Вот и старайся, — свекор сверкнул фирменным аверинским взглядом и отключился. А следом ей на телефон пришли контакты и рекомендации."

"Она воспользовалась не всеми. Массажистку выбрала другую, а вот стилист ей подошел. Особенно удобно было, что он оказался и мужским, и женским, и теперь Оля с легкостью могла подобрать галстук к рубашке, рубашку к костюму, а костюм — в соответствие с мероприятием.

Когда дочкам исполнилось полгода, она вернулась к урокам вождения, и сегодня на прием, который давал Ямпольский, Аверина везла Оля.

Она воспользовалась советом свекра и не стала посвящать мужа, отделывалась общим: «Иду на массаж», «У меня бассейн», «Заскочу в магазин». И блистать своими познаниями тоже не торопилась. Выдавала их дозированно, понемногу, и было удивительно приятно ловить восхищение в любимых черных глазах. Вот как сейчас.

— Мне достался настоящий клад, а не жена, — сказал Костя отцу и поцеловал ее в висок, — пойдем одеваться, милая, скоро пора выдвигаться.