"

"Глава 7

Сколько лет прошло, а я до сих пор помню запах местной больницы и кабинеты врачей. Каждый поворот, палату, отделение. Словно и не было долгих двадцати лет.

В памяти еще были живы ночные дежурства матери, постоянные нервотрепки с работой, когда она брала меня с собой потому, что не с кем оставить дома.

Мама пахала на две ставки, чтобы прокормить и обеспечить мне достойное будущее, накопить на хороший университет, помочь встать на ноги. Рук не хватало, зарплаты были копеечные, но она умудрялась как-то откладывать и приумножать.

Именно благодаря ей я достиг всего, что имею, добился того, чего хотел, стал тем, кто я сейчас. Она мечтала, чтобы у меня все получилось. Жаль, не дожила до этого момента…

При мыслях о маме резко захотелось курить, хоть я и бросил уже лет пять как. А еще больше — надраться до беспамятства, чтобы забыть, какой я оказался хреновый и неблагодарный сын.

На душе потяжелело.

— Руслан? — раздалось спасительное рядом.

Я очнулся, выныривая из тягостных воспоминаний, оглянулся, замечая знакомый силуэт.

— Ты быстро.

— Да, так получилось.

Я заметил, что настроение Жени изменилось, взгляд потух и в глазах блестят слезы.

— Все серьезно? У мамы плохие прогнозы?

Она отвернулась, кусая губы. Выдохнула рвано.

— Нет, с мамой все в порядке.

— Тогда в чем проблема?

— Дочку нужно забрать из деревни. Я могу тебя попросить отвезти меня? Я заплачу! — Она совсем по-детски шмыгнула носом, роясь в дамской сумочке. Извлекла несколько мятых купюр, протягивая мне. — Ты и так возишься со мной со вчерашнего дня. Но мне правда больше некого просить, так уж получилось.

— Так, стоп, Белоснежка! На тебе лица нет. Признавайся, кто обидел? С кем столкнулась еще в местных кулуарах?

Она отрицательно замотала головой. Черные пряди волос красиво разметались по светлому бежевому плащу. На щеках заиграл румянец. Настоящий, искренний, как и вся она.

Я знал Женю меньше суток, но почему-то совершенно не сомневался в своем первом впечатлении о ней. Она могла о чем-то умолчать и недоговаривать, но врать у нее бы не вышло. Не тот характер.

Либо же очень талантливая актриса, если я ошибаюсь. Но об этом думать не хотелось.

— Дочку забрать надо, — повторила она на автомате, все так же пряча взгляд. — Если ты не можешь, я пойму. Прости.

— За что? — не понял сразу.

Сделал шаг ближе, кладя руку ей на плечо. Приподнял пальцем подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— За то, что нагло пользуюсь твоей добротой и неумением отказать, — продолжая смущаться, призналась она.

— Ты сейчас серьезно? — рассмеялся я беззвучно, чем вызвал ее явное недоумение. — Это я не умею отказывать? Жень, не надо меня идеализировать, я далеко не белый и пушистый. У меня куча недостатков, и я умею быть очень вредным.