Пигалица от горшка два вершка, а поклажа с неё!

Да ещё нас накрыл циклон, внезапно потеплело, и за ночь навалило снега не меряно! Считаю шаги, и мечтаю поскорее добраться до пункта Б.

Когда прохожу мимо магазина, вылетает Тамара, ждала что ли? В одной телогрейке, простоволосая,

— Танюшка, а ко мне не зайдёшь? Сосиски свежие завезли! — вот лиса!

— Спасибо, тёть Том, я уже затарилась, рук не хватает, — только зубы остались. Но продавщица не унимается,

— Говорят, ты мужика у себя поселила? — вот чем мне «нравится» деревня! Без комплексов! Прямо в глаза, прямо ртом! На всю улицу! Смысл отпираться?

— Да, тёть Том, завела! — отвечаю бодро без стеснения.

— Из города привезла? — нет, из Тридесятого королевства, ети мать!

— Ага!

— А, ближе-то не нашлось, что ли? — уж не мальчиков ли своих имеешь в виду?

— Сердцу не прикажешь! — это я уже спиной, слава Богу, магазин миновала.

Скрывшись с продавщициных глаз, сделала передышку и снова в путь.

Вдалеке уже вижу свои хоромы, стоят родимые, значит, не спалил, по крайней мере! Уже хорошо!

Собачий лай напоминает, что остались считанные шаги! У самой калитки меня перехватывает тётка Вера! Я сегодня дойду или нет?!

— Танюша!

— Здравствуйте, тёть Вер!

— Доброго утречка! — и без остановки, — странный постоялец, беженец ли? Здоровенный! Молчит! Подозрительный! Я Кольку подослала к нему, печку истопить помог! Щей в обед отправила, тоже с Колькой! Не боишься его?! Башку тебе свернёт, как курёнку, и глазом не моргнёт!

— Не свернёт! Вот увидите, он хороший, чуткий и добрый! — соседка ещё что-то хочет добавить, но я закругляю, — спасибо, тёть Вер, что выручили и накормили, в долгу не останусь.

Я теперь три дня дома буду, сама его всему научу.

— Да какие счёты, девочка, то уколы, то давление смерить, это мы твои должники! — соседка отвлеклась, а я тем временем, до дома, до хаты…

Ну, наконец-то, меня встречают! Уже ноги подкашиваются. Из дверей, слегка пригибая голову, появляется мой угловой жилец! Позвоночником чую заинтересованный взгляд соседки! Да и Костя кивает кому-то за моей спиной. У меня же нет такого глухого забора в два метра высотой, как у нашего барина — собаковода!"

"Константин делает пару шагов навстречу, я скорей к крыльцу, дорожку завалило, куда ему в сланцах по снегу! Его два семимильных — моих не меньше десятка семенильных! Встречаемся где-то на середине пути.

Он стаскивает груз в одну руку, второй меня под мышку, и в дом!

— Ноги! — спохватываюсь. Но уже на крыльце.

В ответ получаю довольную мордаху, значит всё в порядке! В домике тепло! В кои-то веки вернулась с ночи и печку топить не нужно!

А он помогает снять пальто, тут же немного приобнимая плечи, потом усаживает на кушетку и разувает, задерживая по очереди в своих горячих ладонях мои озябшие ступни.