— А Костя как?

— Никак, ему вкололи какой-то дряни, так что овощ!

— Он что, буйствовал?

— Нет, сказали — это условие, чтобы до тебя никого не вызывать, типа для безопасности окружающих, он не сопротивлялся…

— Какой-то ужас! Никуда не уходи, слышишь, Лёха? Даже в туалет не отлучайся!

— Не отлучусь! Жду!..

* * *Влетаю в приёмник, сразу к Ирине Геннадьевне,

— Молодец, Танюшка, оперативно! — встречает с порога, не до приветствий, не до церемоний!

— Что там? — я сбрасываю пальто и бегу в раздевалку, старшая за мной, — насчёт Катьки в теме!

— Да, кто ж его знает? Парень молчит, зато Катька верещит за двоих, и не в его пользу.

— Она всё врёт! — не видела ничего, но сейчас реально уверена, что Костя не виновен!

— А, как доказать? — осаживает Ирина Геннадьевна, — ты не кипишуй, постарайся миром уладить, у Катьки все козыри на руках. В прямом смысле на руках! Свежие синяки, и видно, что от пальцев! Он уже показала всем и фоток наделала! В суд собралась!

— Я наверх! Спасибо, Ирина Геннадьевна, что позвонили!

— Не за что! Давай там не накосячь!.

Как обычно пешком до третьего, сегодня через три ступеньки, ещё немного и взлечу, как ракета! Только во мне вместо топлива кипит злость, но главное, не накосячить! Бабуля всегда говорила, злость и обида — плохие советчики.

Поэтому я, не попадаясь никому на глаза, слава Богу, персонала на этаже не видать, промчалась тенью сразу до палаты. Кажется, рыжик говорил, что видел что-то, но от него отмахнулись!

Значит, сначала мне нужен,

— Лёха! — влетаю в палату.

— Танюха, ну, наконец-то, приехала!

— Я живу в посёлке, как узнала, сразу в такси! — кидаюсь к Косте.

Спит. Просто спит. Лицо бледное, спокойное, волосы россыпью по подушке, дыхание ровное. Правда, руки накрепко прикручены к металлическим планкам кровати.

Так-то ничего удивительного. Особенно часто бузят раненные в голову, как их ещё усмирить? Они, мало того, что другим могут навредить, так и себе не меньше.

А у нас в приёмнике и подавно! Наркоман под дозой или пьяный в белогорячечном бреду способен на что угодно, а потом очухается и не вспомнит, так что обычная практика. Но Костя не наркоман, не алкаш! Его-то за что?

— Рассказывай! — Лёха — моя главная надежда!

— Меня не было, когда началось, я там с Виталькой поспорил…

— Про Витальку в следующий раз, — а то это надолго затянется.