Поэтому, получив аттестат за девять классов, я не раздумывая, подала документы в медицинское училище и вторым шагом в больницу санитаркой.

Так что, мой трудовой стаж уже почти девять лет! А мама так и не сумела полноценно восстановиться после утраты отца и главное, комфортного существования. Несколько раз она заводила романы с разными мужчинами в надежде поймать ещё раз удачу за хвост, но только хвост этот становился с каждой попыткой всё тоньше и жиже. И в конце концов, когда мне исполнилось двадцать, и красный диплом медучилища оказался у меня в руках, она сказала,

— Ну вот, детка, ты и выросла. Теперь проживёшь без меня, — и укатила за очередным хвостом удачи, куда-то в Геленджик устраивать личную жизнь в тёплых краях. С тех пор, ни слуху, ни духу, хотя прошло пять лет. Я подавала в розыск, безрезультатно. Так что, живу в нашем домике одна. И надеюсь, что мама всё-таки жива — здорова и обрела своё счастье…

Посёлок строится и перестраивается. Вокруг появляются красивые коттеджи в два — три этажа, чем дальше, тем красивее, дворцы, иначе не скажешь. У некоторых хозяев даже личные фонтаны имеются, я уж, молчу про водопровод. А я по-прежнему хожу за водой на колонку и мечтаю не о водопроводе, а о том, чтобы водопровод не случился весной с потолка в дом. И было бы здорово пережить ещё хотя бы год без ремонта крыши, на это ещё копить и копить…"

"С соседями, можно сказать, повезло. Почему, можно сказать? Потому что до недавних пор так и было. По левую руку от моего дома вполне адекватная пара местных жителей дядя Коля и тётка Вера, а по правую проживала бабка Наталья. Старушка божий одуванчик. Все мы были глубоко уверены, что она круглая сирота. Помогали всей улицей, кто чем мог. То мужики дров наколют, то женщины воды принесут. Да я сама сколько раз гоняла по её поручению в местный продмаг за едой и привозила из города лекарства.

Но спустя ровно полгода с момента похорон соседки, выяснилось, что не такая уж она и круглая. Когда, откуда ни возьмись, объявился троюродный наследник — племянник Денис — толстый мерзкий мужик лет тридцати пяти, и взялся устанавливать свои порядки…

Естественно прежнюю избушку он стёр с лица земли и принялся за грандиозное строительство, но это его личное дело. Только на этом не остановился.

Для начала ветхий заборчик палисадника он заменил на двухметровый металлопрофиль, причём так, что палисадник поглотил дорожку к колонке. Ну да Господь с ним, лишние пять метров и путь по проезжей части меня напрягли не особо, большинству и вовсе без разницы, практически у всех вода в доме.

Вторым шагом этот гад начал свои личные притязания ко мне лично, сначала почувствовав, что заступников на горизонте не видать, набиваясь в любовники.