За этими бойцами через пару минут появились ещё несколько человек с сумками.

— Вот, Павел Александрович, — оживился Костёв, явно радуясь смене темы, — нам даже выделили талоны на еду и…

Тут у парня затряслись руки, когда из конверта он достал несколько купюр.

— Деньги, — прошептал он с таким благоговением, будто увидел клад. — Пятьсот — вам и сто — мне.

Коля проглотил слюну и смотрел на банкноты, пока я переодевался. Для деревенского пацана это наверняка целое состояние, хотя у меня в поместье рабочие намного больше получают.

— С тенью разберёмся позже, — бросил я, застёгивая рубашку. — Спасибо, что рассказал.

Мои мысли снова вернулись к странному нападению. Не нравится мне, когда я что-то не понимаю, особенно врагов и их мотивы. Поправил китель и рубашку. Награды? Убрал во внутренний карман, не до них сейчас.

А что если… кто-то достаточно сильно воздействовал на солдат? Мозгоклюй, и именно он сделал так, чтобы все видели тень, хотя там был… А вот тут может быть кто угодно. Пока эта версия мне нравится больше всех, да и логичнее она.

Запомнил: нужно проверить ребят, которые видели тень. Может, ещё что-нибудь заметили, что пропустил Коля. А по-хорошему лучше допросить с пристрастием, используя свои иголочки правды."

"Мы вышли из медчасти и направились к месту встречи с Сосулькой. В голове всё ещё крутились мысли о тени, некроманте и мозгоклюе. Не может же быть так, что тут и боец элитного отряда, и некромантия, и ментальная магия? Не… Хрустнул шеей. Слишком сложно. Да и как бы они меня нашли? Бросали же из части в часть.

Задержался, чтобы собрать своих многоглазиков. Тем временем по дороге к нам бежал Воронов. Барон остановился и оглядел меня с головы до ног, словно проверяя, не галлюцинация ли перед ним. Его одутловатое лицо раскраснелось от быстрого бега, а китель съехал набок.

— Павел Александрович, — кивнул он с непривычным почтением. — Мы… Я… Вы… Выжили, и всё благодаря вам и вашим тренировкам! Теперь я понял. На шкуре своей испытал, увидел. Никто ничего не смог сделать, а вы… Отряды… Спасибо, я ваш должник.

Что-то изменилось в этом плюшевом аристократе. В глазах появился какой-то огонёк, уверенность. Вон как заговорил. Посмотрим, надолго ли такая перемена.

— Будет вам, — хмыкнул я, глядя на распаренного Воронова. — Фёдор Васильевич, на то мы и военные, у нас общая цель и некое братство.

И томский барон взял и расплакался прямо посреди плаца. Это было… странно. Взрослый мужик, земельный аристократ рыдает, как дитё малое. К счастью, рядом никого, кроме нас, не было — иначе позору не оберёшься.

Наконец-то увольнительная… Томск! Отлично. Проведу кое-какую работу, пока есть время.