Я облегчила мужику задачу. За хорошее доброе утро он как минимум мысленно должен меня поблагодарить.

Где мои предположения – и где Глеб. Войдя в приемную, я сразу уловила гнетущую атмосферу. Напряжение висело в воздухе. Тихомиров с кем-то говорил по телефону. Если человек на том конце связи не умрет от инфаркта или инсульта, то у него просто стальные нервы. Таким тоном только расчленяют живьем…

Глава 37

Милада

Из обрывков фраз стало понятно, что разговор идет о новой гостинице в Сочи, открытие которой состоится совсем скоро, но там опять форс-мажоры. Становится понятным, что проблемы начались несколько дней назад, а руководству сообщать не хотели, боялись вот такой вот реакции и увольнений, которые теперь последуют.

Самим разобраться не удалось с накладками, пришлось сознаваться.

Когда Глеб закончил разговор, повисла просто оглушительная тишина. Я сижу на стуле и не хочу шевелиться. Заскрипит еще. Попасть под раздачу разгневанного Тихомирова нет никакого желания. Хотя понимаю, что мое присутствие в приемной – не секрет.

— Зайди ко мне, — повелительный холодный тон, когда мы оба устаем от тишины.

Босс вызывает на ковер, нужно идти.

— Доброе утро, — вхожу уверенной походкой, голову и плечи держу прямо.

— Присаживайся, — кивает на стул, стоящий напротив его стола.

Закрывает крышку ноутбука. Говорит он спокойно, но я вижу по темному взгляду, что это напускное. Если захочу, легко могу заставить его сорваться, но мне это не надо. Вот совсем не надо. Мои чувства после вчерашней ночи и так напряжены до предела. И это не про секс с Глебом. Хотя могу себе признаться, что наша близость и уединение не оставляют меня равнодушной. Я все еще хочу этого мужчину.

Может, даже немного больше, чем это было вчера. Попробовав запретный плод, я готова вкусить его снова.

— Почему ушла и ничего не сказала? — сложив перед собой руки, старается скрыть недовольство, но от него бешено фонит негативной энергетикой.

— Ты уснул, я заглядывала в кабинет.

— Утром звонил твой отец, — внимательно следит за моей реакцией. Удивление – другой она не может быть.

— Зачем? — настороженно интересуюсь.

Все, что касается родителей, для меня – больной вопрос. Их вмешательство в мою жизнь напрягает.

Я бы предпочла, чтобы они с Глебом вообще не пересекались, несмотря на то, что общались раньше. Я помню подозрения Тихомирова, что я хочу женить на себе Ваньку. Вот эти самые подозрения явно появились из-за моего папы.

— Проблемы в бизнесе. Ему нужна крупная сумма денег, — мне не нравится, что Глеб так внимательно всматривается, будто ждет чего-то.

— Они у него давно, — теперь я наблюдаю за Глебом. Отчего-то злюсь. — Для чего ты мне об этом рассказал? Какой реакции ждал? Что я начну просить за отца? Не начну.