Заставляю свой мозг вспоминать всякие гадости: как я нашла в каше школьной столовой червя, и меня тут же стошнило, как папиному партнеру на лоб нагадила пролетающая над нашим домом птица, а он в тот момент ел кусок жирного шашлыка.

— С огнем играешь, Ладушка... Я тебя прямо сейчас отвезу к себе и оттрахаю так, что ты свое имя забудешь. До утра подо мной стонать и кричать до срыва голоса будешь, ноги свести не сможешь, — крепко удерживая мое лицо в своих руках. Ждет реакцию, а хрен вам, Глеб Владимирович.

— Пожалуйста, только Ване позвоните и моему отцу, предупредите о своих победоносных планах, — цинично пожимаю плечами.

Сорвало Козлиныча, оттолкнув от себя, заводит машину и срывается с места.

Ванька, не бей мне жопу, пожалуйста…

Украдкой нажимаю на вызов. Глеб хоть и злой, но улавливает мое движение, забирает мобильный и выбрасывает в окно…

Глава 23

Глеб

Что я творю? Красная пелена перед глазами немного рассеивается, когда я пролетаю на третий по счету красный сигнал светофора. Сорвала забрало и ведь не в первый раз! Мл-я-я-я! Как ей удается?

Не смотрю на девчонку, которая трясется на переднем сиденье, но стойко делает вид, что спокойна.

Отравила все нутро! Это ведь не я, это неуправляемый псих, и место ему в дурке! Какого хрена я на нее набросился? Баб, что ли, мало? Есть красивее, умнее… доступнее! По крайней мере знают, для чего их создала природа. Не мозг мужикам взрывать, а раздвигать ноги!

Пусть обжимается с сопляками, а потом прыгает в Ванькину постель! Стоило представить, как Милада прижимается во сне к брату, внутренности обожгло кислотой. Меня никто не переубедит, что спать время от времени с «другом» – нормально. Мне нахрен не нужно это представлять, но мозг упорно подбрасывает картинки, которые меня приводят в бешенство.

Не помню точно, что сработало спусковым механизмом. Ее обнимашки с этим молокососом, который похерил свою карьеру, приблизившись к ней, ее совместные ночевки с братом, которые Милада так яростно отстаивала и потребовала к ним с Ваней не лезть, или ее холодность во время поцелуя. Ни разу баба подо мной не лежала трупом. Ни разу! Я знаю, как Милада загорается, стоит только начать целовать. Она страстная и отзывчивая девочка, чувственность в ней заложена природой. Такую приятно будет трахать не только из-за роскошного тела и смазливой мордахи, но и из-за этой самой чувственности.

Хочу, чтобы стонала подо мной, выгибалась на постели, когда я буду ее брать, чтобы стояла передо мной на коленях с членом во рту, а не изображала полено!

Нарушая очередное правило дорожного движения, разворачиваюсь под светофором и везу ее обратно… к Ване. Теперь каждую ночь гадай, спят они в одной постели или в разных. Доспятся так, не заметят, как трахаются! Руки на руле сжимаются до посинения костяшек.